– Поговори мне еще. – огрызнулась Елена. – У тебя глаза, как у совы, и руки трясутся. В порядке она... И сядь! В обморок грохнешься, голову расшибешь еще...
Любой другой человек за такой тон по отношению ко мне уже несколько раз распрощался бы с жизнью. Но это же Елена, она – особый случай. Лучше лекаря я еще не встречала, поэтому на ее дрянной характер смотрела сквозь пальцы. Послушно сев на табуретку, стала пить вонючую жижу.
Каким-то страшным металлическим инструментом лекарь переломила арбалетный болт, срезав его оперение. Маркиз лежал на боку, и спину его я не видела, но, видимо, снаряд вошел глубоко в тело, едва ли не насквозь пробив его. Елена сочла, что проще будет выдавить наконечник, чем выдергивать его обратно.
Элиот бредил. Отчаянно борясь за жизнь, он не терял сознания, но и оставаться в нем не получалось. Он громко стонал от боли, хрипя сквозь зубы что-то неразборчивое. Когда лекарь извлекла стрелу из тела, он все-таки не выдержал и потерял сознание.
– Плохо... – нахмурившись, сквозь зубы процедила Елена. – Рана почернела.
– Ее вроде прижечь надо, нет? – до побелевших пальцев сжимая в руках чашку, сипло спросила я.
– Это значит, что стрела была отравлена. – ответила она, вставая с лавки. В очаге, среди пылающих углей, лежали разные металлические инструменты, чьих названий я никогда не знала и о чьем предназначении даже не догадывалась. Взяв оттуда что-то длинное, похожее на кочергу, Елена быстро подошла к лорду и прижгла рану с двух сторон. Это остановило кровотечение, а в голове белкой скакала мысль о яде. Отравлена. Стрела была отравлена.
– Так дай противоядие. – сказала я очевидное, за что удостоилась злого взгляда.
– Вот без тебя не разобралась бы. – прошипела она. – Может, ты и яд подскажешь? К каждому нужно свое противоядие. Но благо, что не многие вызывают такие симптомы. Потемнение раны о чем-то говорит. Мне нужно немного времени. Или уходи, или сиди молча и не мешай.
Я собиралась сидеть и не мешать, но тут дверь в лекарскую открылась и из проема выглянула голова Бина:
– Ваша Светлость, мы его поймали. – сказал он, найдя меня взглядом.
Отставив чашку в сторону, я поднялась со скамьи и вышла в коридор. Не говоря ни слова, Бин повел меня в подземную часть замка, где располагалась темница. Адекватно оценить свое состояние я не могла, но все, кто встречался нам на пути, испуганно шарахались в сторону, едва завидев меня. Похоже, отвар не работает.
Когда мы спустились вниз, до меня донесся шум. Пленник и Кергал кричали друг на друга, и слышались звуки ударов. Я поспешила на звук и увидела ничем не примечательного молодого мужчину. Обычное лицо, обычная одежда, никаких особых примет или опознавательных знаков. Но вот слова...
– Я все равно ничего не скажу! – кричал он после очередного удара сапогом в живот. Руки его были связаны за спиной, а ноги прикованы цепями к полу. В этой части замка я еще не бывала. – Можешь сразу меня убить!
– Разумеется, убьем. – входя в камеру, спокойно сказала я. – Но это будет наградой.
– Ваша Светлость, он отказывается говорить. – поклонившись, зло бросил Кергал.
– Ааа, так это ты герцогиня? – оскалился пленник, сплевывая кровь на земляной пол. – Ничего, я буду ждать тебя на том свете!
– Оставьте нас. – не двигаясь с места, приказала я страже.
– Ваша Светлость... – растерялся Кергал, поднимая голову. Но, увидев мой взгляд, быстро поклонился, сделал знак рукой стражникам, и все поспешили удалиться. Кроме Бина. Его выставлять я не стала. Думаю, пришло время кое-что ему узнать обо мне.
– Сомневаюсь, что ты будешь ждать встречи со мной. – закрывая глухую дверь в камеру, спокойно сказала я. – Даже на том свете я стану твоим самым большим кошмаром.
– Что ты несе... – задиристо начал мужчина, но вдруг осекся, когда я медленно обернулась.
Черные узоры полностью оплели руки и лицо. Платье скрыло все остальное, но и этого было достаточно. Непроглядная чернота заполонила глаза, превращая меня в жуткое существо из ночных кошмаров. Я слышала, как тихо охнул Бин, шарахаясь к стене, но все мое внимание было направлено на стрелка. Смертельный холод разливался по телу, но не сковывал движений. Отметя все эмоции, наружу вылезло совершенное зло, интуитивно чувствующее свою власть.
– Кто ты и зачем стрелял в меня? – спокойно спросила я.
– К-к-к-кол-колдунья... – хватая ртом воздух, отползал к стене пленник. Огромные, полные ужаса глаза смотрели на меня, но человека перед собой я уже не видела. Только жертву. – По... По-по-помо...
– Тебе никто не поможет. – произнесла я. – Кто ты и зачем стрелял в меня?
– Да услышит бог, да расточатся врата царства его... – начал поспешно молиться стрелок, читая Символ Веры. Надо же... Посмотрите, кто тут у нас в бога поверил?
– Бога нет. – сказала я, прерывая его молитву, и сделала шаг вперед. – Тебе никто не поможет. Кто ты и зачем стрелял в меня?
