Это была совсем другая мелодия. Не о битве и тех, кто ждет мужчин дома. В ней была боль расставания и робкая надежда на встречу. Красота рассвета и очарование вечера. Свобода ветра и звон горного ручья. Это история о быстротечности времени. Его так мало, и столько надо успеть. Но, торопясь, упускаешь самое главное – жизнь. Я спрашивала, доволен ли он пройденным путем? И взгляд его был в ответ спокойным. Я не видела в нем сожалений.
А вскоре из него ушла и жизнь. Оборвав мелодию, я опустила скрипку. В свою первую брачную ночь я стала вдовой.
***
Остаток ночи герцогиня провела возле тела мужа. Не было больше разговоров и признаний, не было и слез. Эту ночь она позволила себе не думать ни о чем. И кто бы ее осудил за это?
Скрылась луна. Померкли звезды. Наступало утро нового дня. А на волнах качалась, хищно чернея, "Дочь морей". Она уже видела эту историю раньше. Но лучше бы ей не повториться вновь. Ведь Хелира совсем не так мягка, как Морея. И итог может быть совсем иной. Морея создала империю, а Хель способна разрушить мир.
Возможно, поэтому Единый так ухмылялся? Знал, что юной колдунье не суждено стать ничьей женой? А может, у него была для нее припасена совсем иная судьба. С первыми лучами солнца девушка вышла из комнаты, и здесь начинается ее история.
История звезды Хаоса.
Когда холодное солнце коснулось лучами рассвета серых скал, я медленно поднялась на ноги. У мертвых своя дорога, у живых своя. Кинув последний взгляд на умиротворенное лицо маркиза Адертанского, я пошла прочь из лекарской. Распахнув дверь, я увидела, что слуги со всего замка все еще стоят в коридоре и ожидают вестей. Переступив порог, я окинула взглядом людей и сказала:
– Маркиз Элиот Адертанский почил с миром.
И пусть все знали, что это неизбежно, но женщины не смогли сдержать слез. Громкие рыдания служанок звучали в коридоре скорбным эхом, и даже мужчины хмуро отвели взгляд, часто моргая. Лорда любили все.
– Приказываю палить из пушек. – сказала я. Это традиция военных. Элиот жил, как воин, как воин и ушел. Нужно отдать ему все почести. – Начинайте подготовку к погребальной церемонии.
Пройдя мимо горюющих подданных, я направилась в главную башню. Нея молча ступала за мной. И вроде коридоры те же самые, но замок вдруг показался пустым и холодным. Как склеп. Звуки шагов эхом отражались от каменных стен, а ветер доносил женский плач. Сегодня многие будут похоронены, ведь не только мой муж умер. Корабли привезли немало скорбного груза обратно домой. Этот день станет днем траура для всего графства.
Войдя в свои покои, я посмотрела на девушку.
– Подготовь траурное одеяние. Кажется, в моем гардеробе нет ничего подходящего.
– Слушаюсь, госпожа. – тихо ответила она и покинула гостиную.
Медленно подойдя к столу с зеркалом, я стала снимать с себя драгоценности. В этот день женщины Адертана не будут себя украшать. В памяти всплыли воспоминания о погребальных правилах в столице среди высшей знати. Там похороны были всего лишь еще одним мероприятием, где люди могут встретиться и обстряпать какое-нибудь дело. Столы накрывали прямо в комнате с гробом, устраивая пышный банкет, называемый проводами. Стояло вино, мясо, разные деликатесы, а женские убранства поражали хищным великолепием темных цветов. Даже в такие моменты они соперничали друг с другом в красоте. Интересно, в такие моменты они помнили о поводе, по которому собрались?
В этом плане традиции Адертана мне были ближе. Они были честнее и искреннее. Церковные писания утверждают, что горе очищает душу, но только здесь это было действительно так. Думаю, власть развращает. Распустив косу, я взяла в руку костяной гребень и стала расчесывать волосы. Не берусь утверждать, что я знаю обо всем на свете, но прямо сейчас я совершенно растеряна. Осиротев, я просто не знаю, что делать дальше.
Через час вернулась Нея. В руках у нее было черное платье, плащ, туфли и лента. На одежде не было ни единой светлой нитки, ни единого узора. Просто черное полотно, сшитое черными нитками. Мне подумалось, что в нем было какое-то особенное совершенство. Отметая все прочее, черный цвет становился идеальным.
Камеристка помогла мне облачиться в траурное одеяние и переплела косу черной лентой. Надев туфли и плащ, я бросила последний взгляд на себя в зеркало. Пришло время проводить лорда в последний путь.
***
Траурная процессия выдвинулась из замка за час до полудня. Четверо мужчин несли на плечах погребальный гроб с телом маркиза, рядом шла я, а позади выстроилась колонна слуг. Мы шли по улицам города к площади, а по пути к нам присоединялись вернувшиеся из похода солдаты и их семьи. Каждый хотел отдать дань уважения покойному. Поэтому на траурной площади к моменту нашего прибытия собрался почти весь город. Интересно, что многие взгляды были обращены преимущественно на меня.
