— Мы все вместе бежали из клана: ты, госпожа Ю, твоя мать, охранники, слуги и я. Твой отец и все мужчины клана остались защищать клан до последнего — ну а мне было важнее защитить тебя, и поэтому я поехал с вами. Госпожа Ю достала из сокровищницы амулеты, которые маскируют дар, но их в суматохе забыли в комнате, и она приказала мне вернуться за ними.
— Она отправила тебя в самую гущу схватки? — не поверила я.
— Нам были очень нужны амулеты, — просто отозвался Хо Хэнъю, и мое сердце почему-то кольнула жалость: наверное, вспомнились все те наказания, которые перепали на долю Хо Хэнъю от моей матушки. Госпожа Ю явно его недолюбливала. Может, она отправила его обратно как раз для того, чтобы он там и остался?
— Я провозился полдня, но все-таки добыл амулеты и догнал вас — но только вместо охраны и слуг я наткнулся на гору трупов и госпожу Ю. Она была еще жива, — заклинатель резко оторвал присохшую к предплечью нитку, но я даже не дернулась, слушая его с замиранием сердца. — Госпожа Ю посмотрела на меня, и в ее взгляде сквозило все то же презрение, что я видел каждый день своей жизни — но она вдруг назвала меня по имени, а не "эй" или "ты". Она сказала, что, — тут заклинатель вздохнул, — что такой придорожный сорняк, как я, выживет везде, а вот ты — нет, и попросила меня найти тебя и доставить в безопасное место. А затем она вдруг протянула руку и коснулась моих волос — я подумал, что она уже не понимает, кто перед ней, но оказалось, что она просто наложила на мои волосы иллюзию, и они стали темными. Ранее она наложила такую же и на тебя — у твоей матери всегда хорошо выходили иллюзии.
— Из какого она была клана? — спросила я, заворожено глядя на него. А он смотрел на не меня, а на стену, но видел, наверное, не деревянные панели, а лес, ночь и поспешный побег.
— Она? Земли, кажется, а что? — удивился заклинатель.
— Земли? Не воздуха? Откуда же тогда у меня способности к стихии воздуха, если не от нее?
— Госпожа Ю не смогла бы передать своим детям никакую стихию, кроме огня, — хмыкнул Хо Хэнъю, — потому что главам кланов нужны наследники только их стихии — и поэтому после свадьбы главы клана проводится специальный ритуал. После него госпожа Ю поменяла стихию с земли на огонь — иначе она не смогла бы пользоваться половиной амулетов в клане Огня. Ну и дети у нее теперь могли родиться только со стихией огня.
Я устало потерла рукой лоб. Ничего не понимаю! Откуда у меня тогда воздух, если не от матери?? Наверное, она каким-то образом поменяла мою стихию перед тем, пред тем, как мы бежали — Хо Хэнъю же сказал, у нее всегда хорошо получались иллюзии.
— Что было дальше? — поторопила я заклинателя, потому что он, казалось, совсем забыл о том, что что-то мне рассказывал.
— Дальше? — рассеянно переспросил он и, мотнув головой, словно стряхивал с себя неприятные воспоминания, продолжил:
— А дальше я поехал в охотничий домик. Госпожа Ю сказала, что за вами была погоня, и вы разделились — она увела погоню дальше по дороге, а ты с несколькими охранниками и парой слуг свернула и прямо по бездорожью поехала в небольшой домик среди леса.
Я прижала руку ко рту, в ужасе глядя на заклинателя — получается, моя мать пожертвовала жизнью, чтобы дать мне возможность убежать! Какой кошмар… Взгляд затуманился, и я, сморгнув набежавшую слезинку, продолжила слушать рассказ.
— Я знал, где находится этот домик, — продолжил Хо Хэнъю, — и добрался туда уже через пару часов — но успел только издалека заметить, как Фэн Шао куда-то тебя увозит.
— Издалека? Тогда, может, это был не он? — Если Фэн Шао уже видел меня раньше и знал, кто я, почему он ничего не сказал мне? Может, просто не узнал, это же было много лет назад… Да и я тогда выглядела совсем по-другому, наверное.
— У кого еще светлые волосы, и кто носит бледно-голубую одежду? — вопросом на вопрос ответил мужчина, и я задумалась. Фэн Хай. Может, это был он? Но он же не участвовал в войне… А вот его брат, наверное, тогда еще носил ханьфу бледного цвета цин, потому что еще не закончил обучение.
Дернувшись от щипучей мази, которую Хо Хэнъю щедро намазал на мое плечо, я подумала, что все это — лишь его слова, ничем не подтвержденные. Пока что у меня не был причин не доверять Фэн Шао, а вот причины не верить ни одному слову этого обманщика, что сейчас сидел рядом со мной, были.
— Не веришь, — понял он по моему взгляду и, закатив глаза, пробормотал, словно сам себе: — И за что мне такие мучения…Чем тебе так нравятся эти отмороженные воздушники?
Это прозвучало настолько комично, словно он был отцом молодой девицы, связавшейся с неподходящим кавалером, что я фыркнула. Странно, я думала, если Хо Хэнъю увидит имя Фэн Хая на моем плече, вырезанное ножом, он меня просто убьет, а он какой-то спокойный. Вот, сидит, завязывает последний узелок на моем замотанном бинтом предплечье.
Раз уж мы разговариваем, то стоит прояснить один момент: может, Хо Хэнъю знает? Мы же росли вместе…
— Хо Хэнъю, скажи, а когда я была маленькой… не было никаких разговоров о моей помолвке? Мои родители ни с кем не договаривались?
