— Спасибо, Джейн,— отозвалась Мэри тихо,— спасибо за все.
— Пожалуйста, Мэри, обращайся. Если что-то пойдет не так, ты знаешь, где меня найти.
И, улыбнувшись волшебнице напоследок, Джейн покинула комнату, торопясь вернуться к остальным пациентам. А Мэри с тяжелым вздохом опустилась вновь на подушки, предаваясь сну...
…— Я снова дома!— воскликнула Мэри, едва переступила порог своей комнаты в особняке Волан-де-Морта. Опустилась в любимое кресло у камина и оглядела комнату взглядом человека, долго путешествующего по чужим краям. Каждый предмет мебели, находящийся здесь, был дорог ее сердцу – даже большое зеркало, забирающее души неопытных волшебников.
Посидев так немного, Мэри встала и, подойдя к окну, открыла его. Тут же повеяло свежим воздухом – вечерело. Кинув быстрый взгляд на столик у кровати, волшебница решила там прибраться – столько там было навалено вещей. Половина оказалась никчемным мусором, и Мэри тут же уничтожила его. Аккуратно сложила пергаменты, исписанные ее почерком, решив заняться их сортировкой позже. Сейчас ее интересовало нечто другое – письма от Джейн и Кристиана. Но их не было среди пустых колбочек из-под зелий, перьев и бутылочек с чернилами. Кому они могли понадобиться? Если только...
Мгновенно сорвавшись с места, Мэри быстрым шагом направилась в Зал Собраний. Разумеется, для сидящих там за столом Пожирателей смерти ее появление было неожиданностью – тридцать пар глаз тут же впились в нее, как бы говоря о ее чрезмерной дерзости. Но волшебница не собиралась извиняться – найдя среди собравшихся магов Люциуса Малфоя, она почти приказала ему:
— Люциус, ты мне нужен. Выйди на минуту.
— Каким бы срочным ни было твое дело к нему, придется тебе подождать, Мэри,— произнес холодный голос Волан-де-Морта – его светящийся угрозой взгляд сейчас пронзал глаза волшебницы,— Люциус сейчас должен быть здесь.
— Это не займет много времени,— упрямо произнесла Мэри,— мне нужно лишь получить те два письма, что пришли ко мне месяц назад.
— Повторю еще раз – ты подождешь,— прошипел Волан-де-Морт, уже с яростью в голосе,— я не собираюсь прерывать собрание из-за твоих глупых капризов. А теперь, если больше не хочешь испытывать мое терпение, выйди вон.
Она вспыхнула от подобного обращения – так Волан-де-Морт раньше с ней не разговаривал. Хотела было сказать что-нибудь резкое, но, увидев бешеное пламя гнева в глазах Волан-де-Морта, поняла, что перегнула палку – и тут же вышла, хлопнув дверью.
Пылая от гнева и возмущения, Мэри направилась к выходу из особняка – ей нужно было успокоить разбушевавшиеся нервы. Злость от похищения ее личных писем прошла, но гнев на Волан-де-Морта, настовшего на том, что ей придется подождать, не утихал. Можно было подумать, что она была весь месяц в особняке, как обычно – а по манере Волан-де-Морта она почувствовала себя провинившейся. Но зная, что злиться тут совершенно бесполезно – ведь даже ей было неведомо, когда Волан-де-Морт в очередной раз переменит свое настроение, Мэри все же успокоилась, и, заметив, что подошла почти к самому краю леса, повернула назад. Сумерки опускались на лес с каждой секундой все быстрее и быстрее, и вскоре волшебница уже не видела тропы, а шла, полагаясь на память.
Вернувшись через некоторое время в свою комнату, она продолжила разборку вещей, и, едва закончила, присев на кровать отдохнуть, как дверь открылась, впуская гостя. Но, к изумлению Мэри, им оказался не Люциус, а Волан-де-Морт.
— А где Люциус?— подняла брови в недоумении волшебница,— я хотела поговорить с ним, а не с тобой.
— Уже успела забыть, что если мои желания противоречат твоим, то о том, что ты хочешь, ты должна забыть?— холодно поинтересовался маг,— Люциус на задании, я – нет, так что решил сам разобраться в той проблеме, что ты себе выдумала.
— Я выдумала?
— Именно. Твои письма все время были у тебя – загляни в ящик своего стола.
Мэри проделала это, и покраснела, увидев, что Волан-де-Морт прав.
— Ну и кто из нас после этого имеет право на грубости?— поинтересовался Волан-де-Морт едко, смерив Мэри угрожающим взглядом,— явно не ты, на мой взгляд.
— Ладно, извини за то вторжение,— через силу сказала волшебница – правда была сейчас не на ее стороне, и лучше для нее же было это признать.
— Извиняю, ведь не могу не принять во внимание, что ты только-только выписалась из больницы. Кстати, эта история о приступе... расскажи мне точно, что произошло тогда.
Мэри выполнила просьбу Волан-де-Морта, поведав всю историю – упустила лишь свое блуждание в тумане, отделавшись словами о темноте и пустоте. После маг переспросил:
— Значит, ты вот так, не думая ни о чем, помчалась на помощь своему сотруднику? Хм... сдается мне, что он...
— Мой любовник?— полыхнула глазами в гневе Мэри,— ошибаешься – он просто друг мне, вот и все.
— Допустим,— не стал спорить Волан-де-Морт,— чем же ты объяснишь свое перемещение в дом той целительницы? Чудо, что ли, произошло?
