Слизерин рассчитывал найти уже мертвого единорога, но, вдобавок к невредимому Пламеню нашел еще и Марго, и задумал использовать выпавшую ему возможность, сказав волшебнице, что он – ее дедушка. Волшебница не поверила ему, сочтя такое заявление шуткой, но, приглядевшись к Салазару внимательнее, тут же поняла, что он не лжет. Но, даже узнав то, что раньше держалось от нее в секрете, Марго не забыла о Пламене – весь его вид говорил о том, что Слизерин его враг, и волшебница, поняв, что именно ее дедушка чуть не убил ее любимца, презрела все родственные чувства, мгновенно обратив в прах злодейские козни Слизерина. Уже через секунду закипел яростный бой, Слизерин, сначала недооценивший Марго, вскоре понял, что поединок может закончиться печально именно для него, и запросил пощады, обещая оставить и её, и Пламеня в покое, и навсегда уйти из этих краев. Волшебница, собиравшаяся нанести последний удар, что оборвал бы жизнь Салазара, тут же передумала, и пощадила убийцу своего отца, не зная ничего о его подлости и коварстве. Слизерин же не упустил своего шанса, и Смертельное проклятие, предназначавшееся Марго, в ту же секунду убило Пламеня, что закрыл собою волшебницу. Марго, осознав, что совершила непростительную ошибку, вновь схлестнулась со Слизерином, и на этот раз безо всякой пощады покончила с коварным убийцей. Но Пламеня, что к тому времени полностью завладел сердцем Марго, это уже не могло вернуть, и волшебница, потерявшая смысл жить, вознамерилась убить себя от горя. Но, оплакивая Пламеня, в какой-то миг увидела в своем сознании картины далекого будущего. И, узнав, что рано или поздно кровь Слизерина и Гриффиндора вновь смешается в жилах той, от кого будет зависеть судьба всего волшебного сообщества через тысячу лет, решила помочь своей преемнице, создав из останков Пламеня медальон, названный ею Медальоном Златогривого Единорога, в который поместила часть своей души. Владеть им сможет любой, кто не думал об убийствах, но только истинная Хозяйка Медальона Златогривого Единорога познает все его возможности, и сможет с его помощью предотвратить непоправимое».
Повторив вслух содержание последней строки, Мэри неподвижным взглядом уставилась в стену, осмысливая все только что прочитанное. «Значит, Медальон Златогривого Единорога,— думала она, уже совершенно по-другому, чем обычно, глядя на серебристый кружок медальона в руке,— сотворенный из останков единорога Пламеня и содержащий в себе часть души той, кто его создал – волшебницы, пожалуй, самой могущественной из всех существующих ранее». Этот факт прекрасно объяснял все те странности, что порой удивляли ее – тепло, что излучал медальон, стремясь ободрить ее, успокоить, залечить ее душевные раны. Те видения о единороге с золотистым цветом гривы, безусловно, медальон мог помнить одновременно и памятью волшебницы, и памятью единорога. Что же насчет возможностей…
Мэри оторвалась от своих дум, и обнаружила, что комнату уже давным-давно затопила почти непроглядная темнота, оставалось лишь удивляться, почему ей удалось прочесть хоть что-то в таких условиях. Она зажгла светильники, и, приблизив к лицу старинный пергамент, прошептала три заветных слова, с помощью которых она когда-то отогнала тварь из Заклятого зеркала. Почти сразу же волшебница поняла, что разговаривать с куском пергамента, хоть и древнего, глупо, но уже через мгновение увидела новые слова, появившиеся сразу под последним абзацем. Поспешно перевела: «Медальон Златогривого Единорога может защитить тех, кто владеет им, достаточно лишь попросить у него помощи». Быть может, здесь идет речь о защите от вражеских проклятий?
Проверить свою догадку Мэри смогла, произнеся на уже знакомом ей языке призыв о помощи, непроизвольно сжав медальон в ладонях – едва прозвучало последнее слово, медальон ощутимо нагрелся и в ту же секунду образовал едва видимый защитный ореол вокруг нее. Волшебница немедленно испытала его, метнув заклинание с таким расчетом, чтобы то, отразившись от гладкой поверхности шкафа, попало в нее. Заклинание, почти настигнув Мэри, словно впиталось в защитную оболочку, отчего та стала виднее и толще. Только теперь волшебница осознала, какое сокровище было у нее в руках все эти семь лет – если медальон способен отразить почти все проклятия, возможно, даже непростительные, он делает Мэри – его обладательницу, почти неуязвимой! От этой мысли у нее закружилась голова – теперь перед ней открываются совсем новые возможности, а прежние страхи навсегда останутся в прошлом. Возможно, ей больше никогда не придется испытывать боль от Пыточного проклятия и терпеть домогательства Пожирателей смерти. Но сейчас, до поры, до времени лучше делать вид, будто ее медальон – обычная безделушка со слишком своенравным характером, и ничем не показывать, что у нее, Мэри, появилась очень даже неплохая защита. Разумеется, рано или поздно всем обитателям этого особняка станет известен этот ее секрет, но чем позже это произойдет, тем будет лучше для нее…
