Гарри не понравилось, к чему шёл весь этот разговор. Нестабильная магия? Как это отразится на его эмпатии? Эта способность и так отнимала у него много сил, хотя он и справлялся, когда чувствовал только отголоски эмоций других людей. Но если они станут сильнее... Гарри содрогнулся от этой мысли. К тому же, существовала вероятность, что его выбросы вновь возобновятся. Такой вариант развития событий его совсем не устраивал. Он определённо не хотел навредить кому-либо.
— Мне это не нравится, — неуверенно сказал Сириус. — Вы говорите, что он измотан, но в то же время хотите добавить к его состоянию нестабильную магию. Если бы Волдеморт планировал атаковать его, то разве бы он уже не сделал это?
— Волдеморт дождётся момента, когда Гарри будет наиболее уязвим и неспособен ничем ответить, пока не станет слишком поздно, — ответил профессор Дамблдор. — Он, скорее всего, ждёт, пока Гарри заснёт.
Кто-то помахал рукой у него перед лицом, и Гарри вынырнул из своих мыслей, увидев, что Сириус, профессор Дамблдор, мадам Помфри и Тонкс обеспокоенно смотрят на него. Не придумав, что сказать, парень смог лишь отвернуться. И что же он должен им сказать?
Однако профессор Дамблдор, кажется, почувствовал гаррину неуверенность.
— Ты ничего не хочешь нам сказать, Гарри? — мягко спросил он.
Гарри покачал головой. В мире магглов он был обязан хранить секреты. Никто бы не поверил в существование магии, не говоря уже о способности чувствовать чужие эмоции и исцелять других. А как обстоят с этим дела в волшебном мире? Он не слышал ни о ком, у кого бы были такие же способности. Подобное не было повсеместным явлением — уж это-то было очевидно. Как отреагируют люди? Как отреагирует Сириус?
Сириус пододвинул стул и сел рядом с Гарри. Ни слова не было сказано — Сириус просто обнял его за плечи и притянул к себе. Это простое действие окончательно выбило Гарри из колеи. Ещё никогда в жизни он не был так запутан. Он просто не знал, что делать дальше. Он едва ли вообще заметил, как кто-то взял его левую руку, положил её на стол и зафиксировал на одном месте. Единственное, что он по-настоящему осознавал, это то, что его крёстный, человек, у которого были все причины его ненавидеть, был рядом, утешая его.
— Просто чтобы вы знали, я позволяю вам сделать это лишь потому, что Гарри боится, что Волдеморт засел у него в голове, — сказал Сириус. — И вам, Дамблдор, лучше надеяться, что это не вызовет никаких осложнений. Я не затем вернул моего крестника, чтобы снова его потерять.
— И я сделаю всё, что в моих силах, чтобы этого не случилось, — заверил его профессор Дамблдор. — Я знаю, что ты всё ещё винишь меня в том, с чем пришлось столкнуться Гарри, но, даю тебе слово, я лишь хочу лучшего для него. Безопасность Гарри и его выздоровление — это мои главные приоритеты. Какими бы ни были последствия для Гарри от восстановления его магии, они меркнут по сравнению с другими вариантами развития событий.
Мадам Помфри достала из своего саквояжа шприц и проверила его, убеждаясь, что в нём нет пузырьков воздуха.
— Может немного щипать, мистер Поттер, — сочувственно произнесла она. — Постарайтесь не двигаться. Если вы получите меньше положенной дозы, это может быть опасно.
Гарри почувствовал, как Сириус крепче сжал его, а мгновение спустя в его левую руку воткнулся шприц. Почти мгновенно парень ощутил покалывание в левой руке, которое быстро распространилось по всему телу. Однако покалывание быстро сменилось болью, и Гарри почувствовал, как обострились его чувства. Словно где-то внутри него внезапно открыли дверь, и всё, что крылось за нею, вырвалось наружу. Гарри смутно понимал, что его тело задрожало, когда эмоции окружающих его людей ударили по нему всей своей силой. Они больше не походили на лёгкие волны. Теперь это были порывы ветра, которые никак нельзя было игнорировать. Его тут же затопили чувства беспокойства, сочувствия, нервозности и даже страха.
