– Наталья, – ошарашенная красноречием хозяина, пробормотала Наташка и после паузы добавила, указывая на подругу, – Анжелика.
– Очень приятно, очень приятно, – зашуршал шустрый Аркадий Леонардович .
В углу комнаты стояло огромное продавленное кожаное кресло с высокой спинкой и драными подлокотниками. Рядом – тяжеленный дубовый стол-бюро и красный плюшевый, изрядно потертый диван для гостей. На столе мирно соседствовали бронзовый письменный прибор с позеленевшими ангелами и пластмассовой шариковой ручкой в пузатой чернильнице, жидкокристаллический монитор, початая бутылка минеральной воды «Куяльник» и почему-то кассовый аппарат. Освещение обеспечивал модернистский светильник в форме большого матово-голубого шара на серебристом треножнике.
– Проходите, девочки, присаживайтесь, – Аркадий забурился в кресло и широким жестом указал гостям на диван. – Будьте, как дома. Старый Аркаша готов вас послушать и решить проблемы за небольшую комиссию, за очень небольшую…
– Утомил, Леопольдович, – проворчал Фима, – девочки спешат. Хвались товаром.
– По-моему, никто никуда не спешит, кроме отдельных назойливых личностей. Даже твои мальчики не торопятся, до ближайшего лотка – два шага, а их тю-тю. Может, они у тебя вежливые, в очереди стоят, или старушек через дорогу переводят? Таки у нас здесь давно ни очередей, ни старушек. На твоем месте я бы спросил у них, где они гуляют, такие шустрые.
Тут где-то вдали загрохотали в дверь.
– О, – обрадовался Аркадий Леонардович, – орлы твои прилетели, не прошло и года. За смертью посылать таких марафонцев, до мирового коммунизма доживешь .
– Торговать будем? – лениво спросил Фима.
– А как же, – немедленно согласился дед. – Вот выпьем шипучечки за знакомство и начнем, благословясь.
– Леопольдович, – хихикнул Фима, – ты ж вроде шампанским хвалился, и вдруг шипучка.
– Это я, Фимочка, мечтал, а пить мы будем суровую действительность. Шампанское за нас в Париже попьют. – Аркадий обернулся к девушкам. – Барышни! Присаживаемся, кушаем… не все так плохо. – Тут он вспомнил о Ронни. – А кавалер ваш к нам не присоединится? Счастливый возраст, он еще может выбирать между стреляющим хламом и юными прелестницами. А у меня, увы, остались только мои ржавые ружья.
– Аркадий, – возмутился Фима, – не пугай мне клиента! Нормальные у него ружья, девочки, это он кокетничает.
<p>Глава 32</p>– А если помощь не придет, что тогда? – спросила я Мирну.
– Что-что, сама не знаешь?
– Знаю. Его убьют.
