— Отлично-о-о, — протянул как-то не так Кощей. Однако символы тут же сошли с лица, а коса приобрела немного иной вид. Скоморох нахмурился, подумал, уходя в себя, а потом процедил: — Дебил пальцем деланный, мать его так. Вот что с ним не так, а, брат Сила? — тяжело спросил он Медведя. Но Могильщик промолчал.
Мрачный Жданец спас им жизнь. Но Скоморох был уверен, что выстоял бы и сам. Выстояли бы с Силой.
Первым, что они с братом сделали, как только злобная волна была побеждена, это окинули взглядом территорию. Перед ними предстало выжженное поле. Бледной сети, окружавшей Древний Корабль, не было и в помине. Чёрная сущность достигла и его. Хорошо по нему прокатилась и сейчас тот, обуглившись, медленно осыпался ржаво-чёрной пылью, умирая окончательно.
— Мёртвая земля, — произнёс Медведь.
Дудочника нигде не было. Задаваться вопросами не стали, а запрыгнули на передок повозки. Сила забрал вожжи у пацана и щёлкнул поводьями. Кони сначала не отозвались на команду.
— Пошли, родимые, — шепнул Кощей, посылая им руну и тем самым очищая их головы от всякого маршрута. Сила ударил второй раз, и кони дёрнулись вперёд. Теперь Медведь мог ими управлять, как хотел.
Кони ускорились, однако дорога здесь была плохой, потому Сила придерживал скакунов. Доехав до развязки, брат повернул их в том направлении, куда ушёл Микола. Кощей волновался за побратима тоже, но при этом внимательно осматривал наполовину, а то и полностью сожжённые деревья, тьма уничтожила и их. Пытался найти Дудочника, ведь не могла та сажа пожрать его. Они из одного теста.
Кашлять Скоморох начал тогда, когда они вырулили к Яме. Лесополоса осталась за спиной и им предстал печальный пейзаж. Огромная выжженная земля без единого кустика, без деревца и снега. Лишь где-то там, совсем недалеко от дороги дышала едким, чуть видным дымом Яма.
Сразу же после Кощея закашляли Ворона и Апанас. Скоморох глянул на них, ощущая во рту странный, кисловатый привкус. Упырята кривились, крякали, вытягивали языки, вытирали рукавами рты. Ворона уже пришла в себя, но была ещё слишком бледна. Синяки пролегли под глазами. Кто-то выпил её. Кто? Не уж-то тот Дударь? Но об этом Кощей решил подумать потом. Кашель сдавил горло, Скоморох понял — тьма их отравила.
Сила резко натянул поводья, и кони остановились в шагах двадцати от Ямы.
— Апанаська! — громко крикнул упырёнок, тут же заливаясь кашлем. Кощей глянул туда, куда он указывал. Недалеко от них светился ярким светом шар, в котором находились люди.
— Туда! — рыкнул Медведь и спрыгнул с передка.
Они бежали, оглядываясь, кашляя и чувствуя удушливый запах смрада и кислоты. Вокруг стояла губительная тишина, лишь где-то в лесу трещали сложённые деревья, и где-то там, далеко стонал древний корабль.
Кощей ощущал радость за выживших и надеялся на то, что выжили все. Но опыт бывалого вояки то и дело подкидывал печальные картины из прошлого.
— Стойте на месте! — вдруг крикнул тонкий, женский голосок, когда до защиты им осталось несколько шагов. — Вы отравлены!
Они резко замерли, и Ворона вдруг повалилась на Силу, хрипло кашляя и выплёвывая пепел. Кощей хотел было ругнуться, но рот наполнился противным сухим веществом и Скоморох сплюнул на землю, заливаясь кашлем, следом за Апанаськой. Лишь Сила оставался нормальным, бабулины шнурки его защищали. Тлели слегка, не опаляя однако его волос.
— Теперь идите к нам! — через казалось бы целую вечность крикнул всё тот же женский голос, и они двинулись вперёд. Сделав несколько шагов, Кощей угодил в яркую сферу, которая приняла и упырят и Силу. Задыхаясь от наполняющего рот пепла, Кощей повалился на землю и некоторое время так лежал, кашляя. А затем смог сделать глоток воздуха. Над ним склонилась богиня. Она нарисовала на его лбу знак, затем нарисовала на голове — Кощей где-то потерял шапку, оттого и голова мёрзла, только сейчас это заметил! — затем накрыла его бледной сетью. Кощей поморщился, но противиться не стал.
— Ты как, брат Кощей? — вопросил, склонившийся над ним Микола. Ну слава Космосу, живой! Вон и Артемий, староста Молочника, и другие дружинники. Правда не все.
Скоморох что-то просипел в ответ и тут же закашлялся. Однако дышать было намного легче.
— Вот и славно, брат, — кивнул Скелет.
— Микола, что случилось? — вопросил Сила, вытирая лицо ладонью.
— А вот то и случилось, брат Медведь, — сипло ответил Скелет. — Подошли мы, значит, к этим местам, тока вон с той стороны обошли. Там оставили коней. Разделились, двинулись к Яме. Яма дышала, но не более того. Начали тут рисовать знаки, думать и рядить, как лучше. В плане было три варианта, сам же понимаешь, выбрать надо было один-тка. И вроде ж выбрали правильный. Дык и начали не спешненько так, закрывать дыру. Она чуток побурчала, порыгала, пару десятков мертвяков к нам выпустила. Пришлось немного на них отвлечься. И всё вроде ж хорошо получилось-тка. А потом ты загромыхал. Я ж тебя услышал. Да все ж услышали. И ещё через некоторое время Яма как взорвалась. Вот пришлось прятаться.
— А что случилось у вас? — спросил в свою очередь староста Молочника.
