— Калибровщик — это аппарат, с помощью которого в былые времена настраивались функции домоморфов, — сообщил Бродяга. — Для этого моя думающая оболочка погружается в состояние покоя, а настройки ядра калибруются с помощью… дополнительных опций. После завершения процедуры оболочка перезагружается и продолжает исправно работать.
— Этим занимались какие-то специалисты? — уточнил Матвеич.
— Как правило, — подтвердил мои мысли домоморф. — Но в ряде случаев настройками могли управлять автономные ремонтные модули. Всё зависело от сложности поставленных задач.
— Хорошо, — кивнул я. — Но как это включается? Что происходит после активации? И почему здесь столько Знаков?
Пока я задавал свои вопросы, Матвеич рассматривал нанесённые на крышку цепочки, восхищённо цокал языком и покачивал головой.
Бродяга начал комментировать происходящее с присущей ему педантичностью:
— Активация происходит в два этапа. Сначала воля Администратора или иного
— Что значит — разрушается? — не понял я.
— Пребывает в аморфном состоянии, — уклончиво ответил Бродяга. — Визуально это напоминает чёрную сферу, которая вращается вокруг условного ядра моей личности.
— А что происходит с твоими жильцами? — я догадывался, что ответ мне не понравится.
— Сфера вытолкнет их наружу. К сожалению, обитатели верхних этажей могут упасть и разбиться насмерть. Это зависит от высоты падения.
— А что это за орнамент на крышке и стенах? И для чего нужны Знаки? — продолжал я сыпать вопросами.
— То, что ты называешь орнаментом, представляет собой защитный кожух, — объяснил Бродяга. — Он необходим для стабилизации силовых полей и защиты пользователя от неконтролируемого
Я перевёл взгляд на каббалиста.
Матвеич отвлёкся от созерцания крышки:
— Если хотите знать моё мнение, это работа старых мастеров. Очень качественная, филигранная работа, сейчас так не делают.
— Это я и без вас понял.
— Думаю, цепочки можно датировать одиннадцатым или даже девятым веком. Над артефактом поработали около тысячи лет назад. Я могу расшифровать далеко не всё, но… Судя по всему, мастер ставил перед собой задачу адаптации. Он хотел сделать так, чтобы устройством могли управлять не только Предтечи, но и обычные люди. Подозреваю, что для настройки этого оборудования нужен телепат. Я бы даже сказал, телепат и эмпат, работающие в связке, синхронно.
Вот кем были эти хмыри, которые приволокли сундук!
Мир их праху.
— То есть, абы кто запустить эту штуку не сможет?
— Думаю, нет, — покачал головой каббалист. — Дело не только в характере Дара. Специалисты должны уметь оперировать этим оборудованием и действовать сообща, на отработку чего уйдут годы. И то… я не уверен, что можно справиться с задачей без подробной инструкции. Мастера, которые всё это проложили, должны были оставить записи, по которым и обучались преемники.
— А записи хранятся у Бестужевых? — дорубил я.
— Не исключено, — Матвеич пожал плечами. — Если они собирались это применить, то опирались на некое… наследие.
Что-то я сомневаюсь, что Александр расскажет мне, где эта инструкция. Ладно, оставим до лучших времён.
— Отбой, — вздохнул я. — Не будем открывать ящик Пандоры.
— Мы и не сможем, — буркнул каббалист, выпрямляясь.
Раз уж пошла такая пьянка, я решил выбраться из дома, чтобы осмотреть свой новый воздушный трофей. Компанию мне составили Демон, Зураб, Хасан и любопытный Федя, зачем-то решивший прихватить с собой Кефира. Мейн-кун за минувшие месяцы округлился и набрал в весе. Чем дольше у нас жил этот котяра, тем больше приобретал сходство со своим прожорливым хозяином…
Дирижабль мы перегнали на соседний участок, чтобы далеко не ходить. Выяснилось, что Зураб, Терехов и Хасан умели пилотировать эти штуки, но в будущем я, разумеется, планировал нанять авиаторов-профи. Не хватало ещё отвлекать моих лучших гвардейцев от несения службы.
Утро выдалось ветреным.
По небу неслись клочья облаков — пока ещё не грозовых, но я прекрасно понимал, к чему всё идёт. К вечеру всё обложит серой мглой и на землю обрушится ливень. Зарядит минимум на трое суток.
А пока я наслаждался свежим ветром и чистым горным воздухом.
— Для десантирования — отличная штука, — вещал довольный Демон. Он у меня стал хозяйственным, инвентаризировал всю добычу, вёл учёт и неплохо ладил с Джан, когда дело касалось финансов. — Ты посмотри на габариты.
— Я с таких высаживался, — добавил Зураб. — В Конго.
