Я приблизился к резко очерченной кромке иллюзорных изменений, приготовившись к драке. Остальные последовали моему примеру. И Кобалия, и Айвазян, и Дауд с Гасиром умели перемещаться бесшумно, так что ни один камушек не хрустнул у них под ногами.
Мы с интересом наблюдали за врагом.
Несколько человек из свиты Бестужева оказались прыгунами. Они провели разведку, молниеносно телепортируясь от одного объекта к другому. Мехи рассредоточились таким образом, чтобы в случае чего перекрыть направление удара от главного шоссе. Бестужев и его сын зашагали вперёд, причём их взяли в плотное кольцо телохранители — сплошь здоровенные мужики с топорами, двуручными мечами и даже молотами. Все закованы в латы с головы до ног, только одни глаза торчат из-под шлемов. А ещё мне почудилось, что некоторые телохранители имели светлые и рыжие волосы, причём заплетали их в традиционные для скандинавов косы. Северяне, что ли? Да, Бестужевы в средствах не стеснены, факт.
Ударное ядро во главе с Бестужевым-старшим, который шёл с обнажённой шпагой, приблизилось к задней стене призрачного Бродяги. То есть — прямо к нам.
Андрей Владимирович забросил клинок шпаги на плечо, смерил мою «усадьбу» презрительным взглядом и усмехнулся. Громко произнёс:
— Иванов! Сдавайся, если не хочешь более тяжёлых последствий!
Я мог достать его прямо сейчас своей кусаригамой, но продолжил наблюдать за представлением. Маро и остальные не шевелились без приказа. А отдать его я мог в любой момент через Ольгу.
— Как знаешь, — Бестужев щёлкнул пальцами левой руки. Дагу он не спешил обнажать: — Сейчас ты узришь мою мощь.
Из-за спины хозяина выдвинулись то ли оруженосцы, то ли техники в кольчугах и с короткими клинками у пояса. Два крепких пятидесятилетних мужика славянской наружности. Эти упыри, надрываясь, тащили здоровенный сундук, испещрённый хитрым орнаментом. По виду — очень старый. Поставив сундук на землю, мужики откинули крышку и отступили на пару шагов.
— Знаешь, что это? — гаркнул Бестужев, указывая на сундук. — Древний артефакт, передающийся по наследству многими поколениями моего Рода! Сейчас я его активирую, и твой домоморф будет парализован! Так что выходи, подлый трус, и складывай оружие. Считаю до трёх. Раз…
Досчитать Бестужев не успел.
Из иллюзии дома вылетел сверкающий серп и просвистел… в сантиметре от горла фехтовальщика. Андрей Владимирович отклонился с невероятной лёгкостью и изяществом, словно танцор или цирковой артист. Кама прошила насквозь бойцов из его окружения, ставших бесплотными, и вернулся в иллюзию. То есть, ко мне в руку.
— Отличная попытка, мальчик, — Бестужев погрозил пальцем пустоте. Меня он, разумеется, не видел. — Ты забыл, что я эмпат?
— Да сколько можно! — не выдержала Маро. — Просто выйдем и надерём задницы этим ушлёпкам!
И мы вышли.
А мои прыгуны очутились за спинами охранников в арьергарде Бестужева. Закипело сражение. Викинги сражались словно звери, и Маро пришлось несладко, но вот я разделался со здоровяками за считанные секунды. Айвазян материализовался в метре от сундука и серией быстрых ударов уложил мужиков-каббалистов. Ну, или кем они были, сейчас не понять.
Тем временем из казармы выдвинулся отряд копьеносцев под предводительством Ольги и устремился к вражеским латникам. Мехи Бестужевых ломанулись туда, но один из них внезапно споткнулся и упал. Вслед за этим я увидел, как со стороны шоссе движется бравая шестёрка шагателей под предводительством Демона. Силы на первый взгляд казались неравными, вот только Паша — настоящий берсерк, когда влезает в кабину.
Долина наполнилась грохотом, скрежетом и рёвом турбированных моторов.
У кромки иллюзиона остались на ногах лишь четверо. Я, Маро, Андрей Бестужев и его сын Александр.
— Как тебе война? — делаю шаг вперёд, неспешно раскручивая над головой шипованный груз. — Иногда всё идёт не по плану, а?
— Щенок, — фыркнул Андрей Владимирович, перехватывая поудобнее дагу. — Ты умрёшь здесь и сейчас.
Маро двинулась к Бестужеву-младшему, который тоже выставил перед собой шпагу с дагой, криво ухмыляясь и покачивая клинками.
Груз полетел в голову фехтовальщика, но тот снова уклонился, причём без видимого напряжения. А вот когда ноги Бестужева провалились в каменную дорожку, улыбка сползла с его лица. Через секунду по горлу обездвиженного аристократа полоснул серп камы. На «схватку» я потратил от силы пятнадцать секунд.
Ноги главы Рода подломились, и он упал на спину, заливая тротуарные плиты кровью. Клинки звякнули, выпадая из ослабевших рук. Я тут же повернулся к Александру Бестужеву, который даже не начал драться с Маро. Увидев, что стало с отцом, парень отбросил оружие и выкрикнул:
— Капитуляция!
— А как же хвалёная школа Бестужевых? — я усмехнулся, наматывая цепь на кулак. — Принято. Отзови своих дегенератов.
Между нашими и вражескими мехами развернулась суровая заруба, напоминающая постапокалипсис в стиле «Терминатора». Ревели моторы, диски вышибали искры из броневых пластин, коловраты с тяжёлым уханьем долбили металл.
