— Отлично, подумайте несколько минут каждый о том, что он хочет сказать Магии. Вира для всех общая, — сказал Дракон и велел эльфу принести восемь белых свечей в стеклянных подсвечниках и поставить по одной перед Северусом, Анхеликой и Харри, две перед лордом Лестрейнджем и три перед леди Вальбургой.
— Готовы? Когда увидите свет — я не знаю, как именно и в какой форме он будет, но вы поймете, — мысленно произнесите свое обращение. Можете положить руку на сердце, чтобы было легче. Когда Магия примет ваше обращение, свеча должна загореться.
Монтремар вытянул руки вперед ладонями кверху и мысленно сам обратился к Магии: «Моя уважаемая Леди, прошу выслушать обращение достойных магов к тебе, принять, рассмотреть и, если сочтешь возможным, исполнить». От рук его стало исходить сначала слабое голубоватое свечение, которое усиливалось, переходя от мага к магу, связав их в единый светящийся круг. Дракон слегка кивнул. Харри смотрел на этот чистый свет и проговаривал тщательно про себя слова, повторяя их движениями губ, видимо, чтобы не ошибиться. Лорд Лестрейндж застыл, как статуя, не мигая глядя на свечи перед ним. Леди Вальбурга закрыла глаза, положила руку на сердце, а из глаз ее медленно стекали слезы. Северус и Анхелика были сосредоточенны и серьезны, их взгляды были направлены на руки Дракона, являющиеся источником магического света.
Первой загорелась свеча у Харри, потом разом все три у леди Вальбурги и обе у лорда Лестрейнджа, за ними свечи Северуса и Анхелики. Монтермар снова мысленно обратился к Магии: «Моя уважаемая Леди, спасибо, что нашла возможным исполнить просьбы этих магов, они пойдут тебе во благо» и соединил ладони. Свет ушел, а свечи горели в своих стеклянных подсвечниках, которые защищали их от ветра, делая их похожими на магические шары.
Все были под впечатлением такого простого и прямого обращения к Магии, никто ничего не хотел говорить. Но тут Харри неожиданно громко зевнул, и волшебство момента рассеялось. Анхелика забрала его спать. А леди Блэк и лорд Лестрейндж внимательно посмотрели на Дракона, и Вальбурга спросила:
— Сегодня?
— Я полечу где-то через час. Мне нужно немного вашей крови, леди Вальбурга и лорд Лестрейндж, так мне легче будет искать остров в море и заключенных в тюрьме. Северус, помоги, — сказал Дракон и протянул обсидиановый атейм и два небольших фиала. Леди Вальбурга и лорд Лестрейндж протянули свои руки. Северус быстро и профессионально наполнил их кровью и залечил раны. Дракон забрал фиалы и сказал леди Вальбурге и лорду Лестрейнджу:
— Вы ложитесь, утром я вас разбужу, когда будет пора.
Он вызвал домовика, чтобы тот проводил леди Блэк и устроил на ночлег лорда Лестрейнджа. Когда они с Северусом остались одни, Дракон позвал Алонсо:
— Приготовишь в южной башне восемь комнат. Отведешь туда лорда Принца и приставишь к нему команду домовиков, он будет ими руководить. Ему нужно принести восемь порций «Последнего шанса», а мне восемь пледов, сырой кирпич из белой глины и безразмерный мешок. Пледы, глину и мешок прямо сейчас.
— А почему восемь? Лестрейнджи с Бэллой — это трое, плюс Крауч, Руквуд, Мальсибер и Долохов, получается семь? — заметил Северус.
— Блэка тоже заберу. Как только мы подадим в суд на Министерство, либо его там придушат «случайно», или он внезапно сойдет с ума, чтобы был недееспособен для дачи показаний, — сказал Дракон. — А тут до суда и здоровье поправит, и мозги ему прочистим.
— Но как мы подадим в суд, если он будет считаться беглым преступником? — удивился Северус.
— Никто не узнает, что их нет, — сказал загадочно Монтермар.
После ужина, которым служила чуть теплая каша на воде, заключенные забылись сном. Спустя некоторое время восемь из них охватило легкое голубоватое свечение.
Сириусу Блэку приснилась мать. Вальбурга гладила его по голове и говорила, что прощает его за все и что теперь у него все будет хорошо. Братьям Лестрейнджам приснился отец, который сказал, что они скоро увидятся, чтобы сыновья держались, помощь идет. Барти Крауч неожиданно увидел во сне леди Блэк, она посмотрела на него по-доброму и проговорила, что нужно еще немного потерпеть и скоро его заберут из этого страшного места. Беллатрисе привиделась тётя Вальпурга, которая обняла ее и пообещала, что все плохое закончилось и дальше у нее все будет хорошо. Августус Руквуд был удивлен тем, что ему неожиданно приснился Снейп, который сказал ему, что скоро его освободят, и ему, Августусу, нужно собраться с силами. А Рейнард Мальсибер был рад, что вместо обычных кошмаров ему приснилась интересная девушка, которая рассказала, что брат попросил передать, что он скоро будет на свободе. Какой именно брат, он спросить не успел, но подумал, что потом обязательно найдет эту девушку и скажет ей спасибо. Антонину Долохову приснился маленький черноволосый и зеленоглазый мальчик. Он взял его за руку и сказал, что дедушка его очень ждёт и что Антонин с ним скоро увидится.
