Через десять минут Тиберий и Георг пили кофе с пирожками и вкуснейшими фруктовыми корзиночками (что изрядно подняло настроение Селвину, так как тот, стыдно признаться, был большим любителем сладкого) в учительской столовой, оказавшейся достаточно просторным светлым помещением с большим овальным столом и удобными креслами для профессоров. В десять часов сорок минут появился Зарвин, который сказал, что зал совещаний и приёмная готовы, можно туда пройти — это рядом. Зал совещаний был похож на учительскую столовую, а приемная представляла собой предшествующую входу в зал квадратную комнату с расставленными вдоль стен мягкими диванами для ожидающих вызова на совет.
— Проводите сюда всех, кто пришел на сегодняшнее заседание, — сказал лорд Селвин. — Часть из них будет у ворот, а часть, скорее всего, в кабинете Дамблдора.
К одиннадцати утра в приемной оказались: из старого состава совета — лорд Огден, лорд Селвин, Гектор Уоррингтон, Дуэйн Бёрк, Андромеда Тонкс и Стерджис Подмор; и претенденты на получение членства на будущий год — Молли Уизли, Мэвис Остин, Питер Вейн, Алекс Турпин, Татион Флинт и Юлий Хиггс. Дуэйн Бёрк с самого начала заподозрил, что что-то затевается, недаром он был главой невыразимцев. Во-первых, оказалось, что у совета есть собственный зал заседаний, куда их всех пригласили, а не как обычно — в кабинет директора. Во-вторых, не позвали Дамблдора, который всегда сидел на советах от начала до конца. В-третьих, было слишком много кандидатов от тёмных, а они просто так никогда ничего не делают. «
Лорд Огден на правах уходящего председателя пригласил в зал действующих членов совета, а кандидатов попросил расположиться в приёмной — их скоро позовут. Тиберий Огден начал с того, что поблагодарил всех за работу в прошлом году, объявил, что он совет покидает, назначил вместо себя временно исполняющим до избрания сегодня нового председателя лорда Селвина, коротко попрощался и быстро ушёл, так как не хотел присутствовать дольше необходимого.
Георг Селвин переместился в кресло во главе стола, достал устав Попечительского совета и произнес:
— Уважаемые попечители, сегодня на повестке дня у нас много вопросов, чтобы оперативно приступить к их решению, я предлагаю подтвердить полномочия действующих попечителей и ввести в совет новых. Согласно уставу совета, попечителем может являться лицо, чьи дети на данный момент проходят обучение в Хогвартсе и кто вносит в фонд Хогвартса ежегодный взнос в сумме не менее пятидесяти тысяч галеонов. В связи с этим у меня вопрос к попечителям Тонкс и Подмору. За прошлый год вы задержали внесение этого взноса, можете ли вы сейчас подтвердить готовность внесения его и нового взноса на следующий год, чтобы сохранить свое членство в совете.
Тонкс и Подмор переглянулись, и оба отрицательно покачали головами. Андромеда же еще сказала:
— Могу я взглянуть на этот пункт устава? Дело в том, что нас в прошлом году никто не ставил в известность о таком условии.
— Да, пожалуйста, — сказал Георг и пододвинул к ней устав, открытый на нужной странице.
— Спасибо, я прочла. Действительно, такой пункт есть. Но я не считаю, что я должна вносить деньги за прошлый год, так как меня никто с этим обязательством не знакомил.
— Я тоже! — бодро поддержал её Подмор, который таких денег никогда не имел.
— Гектор, Дуэйн, — обратился Селвин к другим попечителям, — я думаю, мы не станем настаивать на выплате за прошлый год, но если и за этот год вы внести пожертвование не сможете, — теперь он посмотрел на Тонкс и Подмора, — боюсь, вам придется покинуть совет.
Бёрк и Уоррингтон дружно покивали головами об отказе от требований за прошлый год, а Андромеда и Стерджис отказались от участия в Совете в новом году.
— Тогда этот вопрос решен. Мадам Тонкс, мистер Подмор — спасибо за работу в прошлом году! Вы свободны, и пригласите всех претендентов на вхождение в совет, которые ожидают в приемной.
Когда Подмор и Тонкс вышли в приёмную, приглашая всех ожидающих пройти в зал совета, Андромеда шепнула вставшей из кресла Молли: «
Когда претендующие на вхождение в совет расселись за столом, лорд Селвин встал и сказал:
