— Почему именно оборотни могут нам помочь? Эти все проблемы с полнолунием… — покачал головой Люциус.
— О великая, я сказал вервольфы, а не ликане. Что, нынешние маги не знают разницы? — изумился Монтермар.
— Уверен, что никто не знает. Нас в школе учили только об оборотнях как опасных темных тварях высшего класса опасности 5Ⅹ, — серьезно ответил Малфой.
— А кентавры, видимо, это лошади? — поинтересовался Дракон.
— Нет, кентавры — это разумные волшебные существа, класс опасности 4Х, — сказал Люциус.
— А маги тогда тоже разумные волшебные существа? Себя вы как классифицируете? — спросил Монтермар.
— Как-то я не задумывался о собственной классификации, — смущенно ответил Люциус.
— Вот то-то и оно! Классифицируют они существ. Я тогда тоже разумное волшебное существо? По какому классу я прохожу? — уже веселился Дракон.
— Милорд, ну что вы, вы же не такой дракон, какие у нас живут, — совсем упал духом Малфой.
— А какой я дракон? Я летаю, дышу огнём — значит, я тоже тёмная тварь. Как вы всё это ловко расписали для себя. Вы, значит, маги. А остальные — разумные волшебные существа? Смотрите, не скажите этого при вервольфах. Сегодня приглашу их к ужину, и вы позовите наших друзей, кто в замке не живет. Устроим небольшой приём в их честь. Кстати, ваш сын сейчас на тренировке со всеми мужчинами замка, хотите взглянуть? — спросил Дракон.
— Конечно, мне это было бы очень интересно, — ответил Люциус.
Монтермар написал записку Рагноку с просьбой передать Церингену портключ в замок, который он прикладывает, и сообщить, что его и кого он пожелает взять с собой ждут к 18.00 сегодня. После этого он вывел Малфоя на замковую стену и провел к участку, с которого был хорошо виден внутренний двор. Дракон по приходе Люциуса послал Долохову записку, что дела сегодня не дадут ему возможности присоединиться к тренировке и что он просит его, Антонина, взять сегодняшнее занятие на себя.
Внутренний двор превратился в тренировочный центр с двумя полосами препятствий. Дети сначала кувыркались на мате, потом бежали, перепрыгивая через препятствия, потом подтягивались на перекладине (в основном пока висели и пытались сделать это), затем делали под руководством Анхелики какие-то упражнения с небольшими гантельками, потом перелезали через невысокую стену, за которой снова на матах «качали» пресс. У взрослых было все сложнее. Сначала бег с препятствиями, потом прыжки с «вертушкой» с двумя маховиками — нижним, который нужно перепрыгнуть, и верхним, под который нужно присесть. Затем перекладина, отжимания, пресс, пять кругов бега — и всё по новой. Судя по виду тренирующихся, занимались они уже где-то полчаса и изрядно подустали, но Антонин, тренируясь наравне со всеми, спуску им не давал. Когда закончившие пробежку маги остановились, тяжело дыша, он громко сказал:
— Пять минут на восстановление дыхания — и еще кружок.
Дети, поглядывая на то, как сурово тренируются волшебники, тоже старались не отставать. Глядя, как Драко, достаточно бодро преодолев препятствия, добрался до перекладины и повис на ней, безуспешно пытаясь подтянуться, Люциус спросил:
— Как мой сын себя ведет?
— Приживается, меняется потихоньку в лучшую сторону. Получил вчера полезный урок дружбы и взаимовыручки. Думаю, из него будет толк, — сказал Дракон.
— Мне бы тоже надо форму набрать, и остальным не мешало бы, — заметил Люциус.
— Приходите к семи каждый день. Вход свободный, — пошутил Монтермар.
Детская тренировка закончилась. Мальчики хотели прямо там присесть и отдохнуть, но Анхелика сказала:
— Никто не садится! Все идут в термы на водные процедуры, а потом на завтрак.
— Все слушаемся донну Анхелику, — поддержал её Долохов, — вперёд, в термы!
Взрослые маги и дети, еле передвигая ноги, поплелись в термы, предвкушая горячие ванны, парную и массаж. Люциус сказал Дракону:
