— Я уже заканчиваю, — сказала Луччана. — У меня есть две новости: одна хорошая и одна очень плохая. Я определила, чем обработано лезвие кинжала — это кумулятивный яд, относящийся к группе опасных ксенобиотиков, какой-то из диоксинов[133] — смесь различных полихлорпроизводных дибензодиоксина высокой степени концентрации. А теперь плохая новость: в настоящий момент нет ни способов вывода диоксинов из организма, ни действенных к ним антидотов. Даже если вы спасете его сердце, он с течением времени все равно умрет, причем не от яда, а от какой-нибудь болезни, вызванной его воздействием.
— Говорите, нет антидотов? А если бы был универсальный антидот-нейтрализатор? — спросил Дракон.
— Я бы сказала, что такого не существует, но если бы был, то лучше бы он поскорее попал к нам в руки, — ответила Луччана.
— Бехар, мою личную боевую аптечку! — приказал Монтермар.
На соседнем столе, где уже стояла мини-лаборатория Луччаны, возник ларец, как будто вырезанный из цельного куска светло-зеленой древесины с серебряными прожилками. Дракон жестом увеличил его раза в три и откинул крышку. Внутри на подставках стояли хрустальные фиалы, наполненные зельями самых различных цветов и оттенков, какими-то порошками, гранулами и желеобразными субстанциями. Вся внутренняя сторона крышки была покрыта вязью записей на каком-то непонятном языке.
— О, только за то, чтобы увидеть это, я отдал бы лет десять своей жизни! — восхитился Кхаран.
Монтермар достал маленький треножник, укрепил в нем пустой фиал и начал читать записи на крышке ларца, потом он стал поочерёдно брать фиалы с ингредиентами, набирать их стеклянной трубочкой с мерной насечкой и проговаривать с каждым из добавляемых:
— Neuna, lempe, kainen, nerte, otso[134]…
В итоге в фиале получилась достаточно густая жидкость лавандового цвета.
— Вот универсальный антидот-нейтрализатор, но я не уверен в его действии на магловские токсины, — сказал Дракон.
— Какие магические яды он нейтрализует? — спросила Луччана.
— Абсолютно все, — ответил Монтермар.
— Поскольку магические яды бывают совершенно различных составов, то я не вижу разницы, должен подействовать. А что это за рецепт и какие в него входят ингредиенты?
— Я не могу вам сказать, к сожалению, — ответил Дракон. — Этот состав не из этого мира, его рецепт вам не пригодится. Нужно влить его в рану.
— Если мы снимем чары и вытащим кинжал, чтобы залить в рану антидот, без устранения повреждений сердца он умрет в течение пяти минут, — сказал гоблин.
— Но если мы залечим сердце, внутри него может остаться яд, который будет потихоньку отравлять кровь, и в итоге все равно смерть, хоть и отсроченная, — высказалась Луччана.
— Стазис! — предложил Северус. — Исходя из происхождения яда, который озвучила Луччана, он должен быть инертен к магии. Можно сделать так: милорд снимает свои чары, я тут же накладываю стазис, милорд выдёргивает кинжал, Луччана заливает в рану антидот, а уважаемый Кхаран, не обращая внимания на наши действия, занимается исцелением сердца.
— Хороший план! — поддержал гоблин. — Это может сработать, и у нас может получиться спасти его!
— Луччана — держите фиал, — сказал Монтермар. — Северус — время начнет ход, как только сфера станет прозрачной! Я снимаю чары…
Дракон снял кокон, Северус тут же наложил стазис, Луччана залила зелье из фиала в рану, где оно начало пузыриться и дымиться, а невозмутимый гоблин тем временем водил своими лапками в районе сердца, проговаривая заклинания на гоббледуке.
Через пять минут рана затянулась. Гоблин снова взялся за свой артефакт, проводя проверку результатов лечения, а Луччана взяла у Георга кровь.
— Ну, что могу сказать, — произнес гоблин, — физические повреждения сердца устранены, ритм восстановлен. Но нужно поддержать организм, перенесший такой огромный стресс.
— У меня есть действенное средство, — сказал Монтермар.
— Того же происхождения, что и антидот? — уточнил лекарь и спросил, поглаживая бок ларца: — Это же настоящий мэллорн[135]?
— Да, абсолютно безответственное применение столь ценной древесины, но это подарок друга, пришлось взять, — рассказал Дракон.
— Кровь чистая! — огласила результат теста Луччана и тут же спросила Монтермара: — А что за надписи на крышке?
— Это составы основных целительных зелий изобретения моего друга и описание способа их приготовления — несколько раз сильно мне помогли. Вы не сможете прочесть, они записаны тенгваром, одним из видов эльфийской письменности. Я обещал другу никого не знакомить с его рецептами без его дозволения и использовать зелья только для себя и своей семьи, — пояснил Дракон.
— А как же тогда вы его использовали сегодня? — удивилась Луччана.
— Я посчитал, что условно Георга можно отнести к моей «большой семье», и друг простит меня. Не мог же я дать ему умереть, — объяснил Дракон.
— А если… — начала фразу Луччана.
— Никаких если, у вас все равно нет ингредиентов. Бехар! Принеси «Последний шанс» и закажи через Нулуккхиздиха еще пятьдесят порций, что-то у нас большой расход пошел...
***
Тем временем Магнус Нотт, оставшийся с Люциусом и Рудольфусом, сказал:
