— Мальчик мой, пиши письмо просто на имя лорда Поттера прямо сейчас, и давай я отнесу в Лондон, тебе пока там мелькать не нужно, заодно потолкаюсь в банке и на Диагон-аллее: может, кто-то что знает или слышал.
Джеймс быстро написал прошение и передал его Дамблдору. Потом указал на всё так и лежащую на полу Лили, о которой все забыли, директор махнул в ее сторону рукой невербальным Фините и вышел за дверь. Джеймс поднялся к себе в кабинет разобраться с сейфом, а Лили некоторое время так и лежала, приходя в себя. Потом медленно встала, опираясь на кресло, и сказала:
— Эх, Джеймс, Джеймс, как был оленем, так и остался. Не нужен ему никто из нас, мы все умрем, — и вспомнила безжалостный холодный и острый взгляд, которым пять минут назад смотрел на нее великий светлый маг, как на пустое место, забыв, что Петрификус Тоталус и Инкарцеро не лишают человека ни зрения, ни слуха. Потом она подняла к глазам руку, разглядывая, что же она в ней держит, забыв уже про свой трофей, и криво усмехнулась. Ну, хоть что-то полезное. Надо подумать, как это можно использовать.
А тем временем в замке Дракон с Харри обедали, и когда закончили десерт, слева от Монтермара возник Бехар с гоблинской шкатулкой, которая светилась. Открыв ее, он увидел два крошечных пакетика с одеждой, покинув шкатулку, они увеличились до нормальных размеров. На одном была милая надпись по-французски «petit garson».
— Этот твой, — сказал Дракон Харри.
— А что там?
— А ты посмотри!
— О! Футболочки и шортики! Класс! — сказал Харри, заглянув в него.
— Ну, стоит отдохнуть часок-другой, почитать или поспать.
— Знаешь, отец, я отложил «Наследника» и читаю сейчас «Черпачок и котелок».
— А какую часть?
— А я читаю все сразу. Вернее, так: я читаю «Основные ошибки», а оборудование, которое там встречается, и ингредиенты смотрю в остальных трех. А тут есть лаборатория?
— Увы, пока нет, но я планирую ее сделать. Кстати, совсем забыл… Нолпи! В шкафу для зелий и трав есть упаковка десяти маленьких фиалов «Розовой грезы», принеси, пожалуйста.
Через минуту перед каждым возникла деревянная подставка с ячейками, в каждой из которых стоял небольшой флакон с розовой непрозрачной жидкостью (как розовое молоко), в которой попеременно вспыхивали серебристые искры.
— О! Что это, отец? — восхитился Харри.
— Это для тебя, эльфийское зелье, называется «Розовая греза».
— А что оно делает?
— Оно снимает остроту душевной боли при потере близких, после войн или катастроф. Вообще, история у него очень интересная. Если хочешь, расскажу.
— Конечно, хочу!
— Давай сделаем так. Ты один выпей, и пойдем к тебе. Ты ляжешь отдыхать, а я расскажу тебе о «Розовой грезе».
— Отличная идея!
— Ну, слушай. Высшие эльфы — прекрасные существа, бессмертные по своей природе, они практически невосприимчивы ко всем болезням, они могут легко оправиться от тяжелых ран, которые обычно убивают смертных существ (в том числе людей), но душа эльфов очень тонкая и нежная, и эльф может умереть от горя.
— Они родственники наших эльфов?
— Нет, совсем нет. Собственно, я не знаю, кто придумал называть домашних духов-помощников эльфами. Это неправильно. Наши эльфы — скорее родственники шотландским брауни, скандинавским ниссе, немецким кобольдам, голландским каботерам, испанским дуэнде. Они все низкорослые, живут в домах и занимаются домашними делами хозяев — кто добровольно, а кто за кружечку молока. Я не знаю, являются ли эти духи призванными кем-то из живущих в этом мире или они тоже плоды творения Магии. Они живут здесь не первую тысячу лет и вреда никому не приносят.
