– Да ты что, – притворно ужаснулась я, прижимая ладони к щекам – для пущей убедительности, – Невероятный факт, просто невероятный. Целых два невероятных факта, даже не знаю, как с этим справиться.
Юлиан добавил к укоризненной брови еще и укоризненный прищуренный взгляд.
– Однажды его жена серьезно заболела, а посыльный с этим сообщением приехал слишком поздно, и пока Морзе добирался до жены, она умерла, и её похоронили. Поэтому он решил бросить живопись и заняться разработкой способов быстрой доставки сообщений на большие расстояния, что привело к созданию азбуки Морзе. Которая, однако, была неудобной, и привычный ее вариант создан другим умным парнем, так что, по сути, она не может называться азбукой Морзе.
Я покачала головой, даже не пытаясь сдержать улыбку, что тронула мои губы:
– Тут слишком много фактов, ты меня разбалуешь.
– Зато теперь ты можешь лихо хвастаться своими познаниями в самых разных областях, - усмехнулся Кораблёв.
Я на это только засмеялась, потому что ничего не могла с собой поделать. Когда Юлик был рядом – ничего другого обычно мне и не оставалось.
А он вдруг распрямил плечи, его глаза быстро забегали по экрану, после чего он повернулся ко мне с таким воодушевлением, что мне даже стало не по себе. Я была уверена на девяносто пять процентов, что что-то вот-вот должно было начаться.
– Что это ты удумал? – осторожно спросила я.
– Дай руку, – ответил Юлиан.
Его глаза блестели, улыбка была немного безумная, и, честно – я просто обожала его в такие моменты. Искренне. Моё сердце даже почему-то сбивалось с привычного ритма, словно знало что-то, до чего пока не додумался мозг. Но что – я не понимала, потому что – ну, сами понимаете, мозг того, отстал и упустил мысль.
Проще было согласиться и позволить ему делать с собой все, что вздумается, чем пытаться понять, что там в голове Юлиана. Так что я кивнула и протянула ему свою царственную длань, предварительно убедившись, что она не испачкалась в соусе сэндвича.
– Слушай, - сказал Юлик и я притихла.
Он скользнул по моей ладони к запястью, устроив большой палец прямо у бьющейся жилки, замер на мгновение, снова уставившись в телефон, а затем придвинулся ближе, загораживая своей спиной от снующих везде ребят.
Это вдруг показалось мне таким интимным. Мой лучший друг смотрел мне прямо в глаза, этим взглядом и позой будто отгораживая нас от всего остального мира, и, нежно погладив моё запястье, сказал снова:
– Слушай.
Он легонько коснулся большим пальцем моего запястья, выстукивая что-то. Я не могла понять, что он делает, но послушно слушала и даже пыталась посчитать удары. Он то коротко надавливал на мою кожу, то задерживал свои пальцы на более долгий срок, и снова – тук-тук-тук. Короткие касания были невесомыми, на длинных – легкое надавливание, и я чувствовала свой пульс, бьющийся в чужие пальцы.
– Вот, – довольно сказал Юлиан, закончив. – Это твое имя.
– Потрясающе, – улыбнулась я другу, и на этот раз в моём голосе не было сарказма.
Юлик светился от радости, так что это и правда было потрясающе.
– Мне так нравится именно этот вариант, – мечтательно произнёс парень, словно бездумно поглаживая моё запястье, – Тактильный, когда можно передать сообщение только лишь прикосновениями.
Я не двигалась, наслаждаясь теплом его руки и любуясь его мягкой улыбкой. В конце концов, я имела на это полное право – он ведь был одним из самых близких мне людей. А от его пальцев по коже медленно, но верно, начинали бежать мурашки. И казалось, что опусти я глаза – увидела бы коротенькие молнии. Всё же мы оба были кинестетиками и любили касаться других людей. Не всех, конечно – маньяками мы не были. Но чувствовать кожей его шершавые, чуть мозолистые от постоянной игры на гитаре пальцы – пожалуй, это было чем-то сродни наркотику. Да, знаю – друзьям так говорить было вроде как не положено, но эй, мы с пелёнок вместе, нам можно было если не всё, то очень многое. И даже думать такие странные, почти чудные мысли.
– Слушай, – снова сказал Юлик и начал выстукивать что-то длинное, наверняка важное, кидая исподлобья пытливый взгляд.
Открою маленькую тайну – я знала, что такое азбука Морзе. Папа когда-то пытался научить меня, но, несмотря на то, что я была всегда прилежной ученицей, эта наука мне не покорилась. Однако, что-то я всё же запомнила. Две фразы, одна из них - сигнал «sos».
Та, что передал мне Юлик – вторая.
– Что ты там настучал? – поинтересовалась я невинным тоном.
Парень с улыбкой покачал головой, избегая смотреть мне в глаза:
– Ничего. Ерунду всякую.
– Ну, скажи, - канючила я, озорно улыбаясь.
– Да просто настучал, - отмахнулся Юлиан.
– Дятел ты, – засмеялась я, сжимая его ладонь, – И я тоже тебя люблю.
*****
Мы часто говорили друг другу это – что любим друг друга. В конце концов, так ведь и было. Мы были невероятно близки. Родные друг другу люди, которые понимали друг друга с полувзгляда, с полувздоха.
