И мальчик отправится добывать себе престол, опираясь на верных друзей.
А Ирион будет рядом.
Будет расти, будет разделять жизнь своего друга… и – его смерть.
Змеи не знают, что такое боль и отчаяние. Но Ириону впервые стало больно, когда ушел его друг. И если бы не пришел его сын, принявший не только корону…
Если бы не поглядел в глаза Змея своими, так похожими на отцовские глазами, не дал Ириону испить своей крови…
Так и пошло с тех пор.
А когда случилась беда…
Ирион ждал друга. Он так ждал, ему было больно, очень больно и одиноко, а друг все не приходил и не приходил. Море шептало, убаюкивало, море мешало отправиться на поиски, море в очередной раз предавало… но у Ириона не было сил.
Столько боли…
Это должно закончиться!
Раса разумных Змеев?
Нет, не раса…
Всего лишь один Змей, который в результате – чего? – обрел странные способности.
Спутник? Фамилиар? Фюльгья[9]?
Когда-то, непредставимо давно, мальчик и змей попробовали крови друг друга. И обрели нечто новое. Не просто друга и взаимопонимание…
Человеческий разум – и змеиная безжалостность. Человеческая горячность – и змеиная ледяная рассудочность…
Что уж было в крови того мальчика?
Что было в крови змееныша?
Но Ирион стал развиваться как разумное существо, а мальчик… он стал первым Королем.
И захотел помочь своим друзьям. Это же так естественно…
Пятеро ребят попробовали крови Змея. Но… Не те способности. Не те таланты…
Один получил возможность призывать акул, второй – косаток, третий – осьминогов… так появились герцогские рода.
Всего пять. Больше было не нужно.
И ни в одном роду никто не мог призвать Ириона. Это им было не по силам.
Кровь. Все было завязано на кровь…
Идеальное совпадение геномов у мальчика и Змея. И рождение чего-то нового…
И, конечно, боль, и одиночество, и тоска…
Змей?
За столько лет, столетий, тысячелетий… кто тут еще более разумен?
И Алаис медленно, словно в дурном сне, вытащила кинжал из-за пояса.
– Кровью Карнавон! Кровью Королей!
Медленно-медленно в воду закапали алые капли. Ирион поднял голову, словно принюхиваясь, из пасти выметнулся длинный раздвоенный язык.
Зубки там были…
Она бы рядом с одним встала – и облокотилась, как на забор. Что ему те несколько капель?
Но…
Что-то менялось в громадных глазах. Что-то появлялось новое…
– Я – еще не он. Но мы уже одно целое. Тебе надо подождать совсем чуть-чуть…
Алаис говорила медленно. Кровь так же стекала по руке алыми каплями, язык метнулся близко, совсем близко, пробился сквозь облако водяной пыли, и вдруг падение остановилось.
Алаис стояла на громадном хвосте. Или не совсем хвосте?
Неважно, не хватало еще об этом задумываться! Она стояла и просто смотрела, а громадная голова была совсем рядом. Прислушивалась к чему-то…
Мысли…
Алаис не могла похвастаться большим количеством королевской крови, но все же…
Обрывки слов, мыслей, эмоций, словно испорченный телевизор, что-то и выхватишь, но остальное – белый шум. Но и того хватило.
Язык коснулся живота Алаис. Очень осторожно, очень бережно… стоило громадных усилий не завизжать, не закрыть живот руками. Водоворот ярился вокруг, но рядом с Ирионом и он выглядел мелко.
Герцоги неполноценны. Те капли крови, которые достались им, позволяют не управлять, но хотя бы понимать. Только никто этого уже давно не делал…
И будь в теле Алаис Карнавон ее родное сознание – кто знает? Она могла бы и не справиться.
А Таня…
Какое есть преимущество у современного человека перед средневековым?
Да лишь одно. Он легче и полнее воспринимает, поглощает, усваивает информацию… Он мыслит намного быстрее и использует больше процентов головного мозга. Не каждый человек, конечно…
Но многие…
Женщина не могла сказать, что поняла Ириона. Но и сводящий с ума ужас исчез.
Морской Король перестал быть человеком.
Ирион перестал быть змеем.
А вместе…
Все, что им надо было – быть вместе. А король там, пастух… вот уж что никогда не волновало Змея! Да хоть бы кто! Главное, они вместе. Друг рядом. И боль стихает уже от понимания этого факта…
Маритани?
Снова плеснулась ярость, едва не сбив женщину с ног. Спасибо, падать было некуда.
Что она такое?
Кто она такая?
Никто из Ирионов не знал. Но когда мальчик стал взрослым, она нашла его.
Поглядела в глаза, поманила… И не напрасно.
Может ли быть ребенок у богини?
Это – богиня. Существо, которое создано, чтобы обходить ограничения. Уж что она почувствовала, что поняла, почему сочла нужным привязать к себе обоих – и мальчика, и Змея?
Но богиня на время стала обычным человеком. И родила двоих детей.
Мальчика, который и стал следующим Королем.
И девочку…
Которая сбежала на острова с возлюбленным, когда ей исполнилось семнадцать. И что с ней стало – не знал никто.
Ах, Маритани-Маритани…
Богини живы, пока в них верят?
Богини живы, пока привязаны к земле…
Жрицы Храма, мариитки, большинство маританцев… потому-то они и могли жить на этом острове, потому и не смущал их Ирион. Какая капля крови текла в их жилах?
