Часто обсуждать проблему на корабле было опасно, поэтому все беседы пришлось отложить до возвращения. А там и пригласить на беседу магистра с сыном.
По сложившейся традиции первым начал говорить магистр.
– Надеюсь, путешествие оказалось приятным?
Алаис замотала головой.
– Мариитка мертва, – пояснил Луис. Глаза магистра медленно округлились.
– Вы… ее…
– Маритани. Она столько времени беседовала с нами, что женщина не выдержала.
Далана передернуло.
– Жуть какая.
Его отец оказался сообразительнее. Да и что такое смерть отдельно взятой жрицы для того, кто пережил гибель почти всех своих друзей?
– А что именно она сказала?
– Мало. По делу – почти ничего, – развела руками Алаис. – Суть в том, что без Короля мир жить не может. Он обязан быть.
– От Тимаров?
– Необязательно. У последнего Короля были еще дети, вот они, если выжили.
– А где их искать? – напрягся магистр.
Алаис развела руками. Мол, знала бы… Врать напрямую не хотелось, но и правду ведь не скажешь?
– Так что нам делать? – Далан размышлять и переживать отказывался. Есть цель, надо шевелиться. В этот раз Алаис его разочаровала.
– Мы ничего не сможем сделать.
– Почему?
– Потому что коронация должна состояться. И претендент от Тимаров должен поглядеть в глаза Ириону. А уж там… сожрет, не сожрет… я бы поставила на первое. За триста лет змейка сильно проголодалась. Наверняка.
– А Тимары этого не понимают? – ехидно уточнил Далан.
– Это их трудности. Я считаю, что мы обязаны позаботиться о своей безопасности, а они пусть вытворяют, что хотят. Как разлетятся, так и обратно улетят.
Конечно, магистру этого было мало. Конечно, он заставил Алаис и Луиса пересказать весь разговор, долго размышлял, но других зацепок не нашел. Или не искал?
Это мужчина и женщина решили обсудить, когда остались одни.
– Мы поженимся, это определенно. – Луис мыслил очень конкретно. – Но жить лучше в Карнавоне или где-то еще, если тебе не понравится в замке. Я куплю нам дом, денег хватит.
Алаис потерла лоб.
– Ладно. Поженимся.
– Дня через три?
– С ума сошел? Рассказать все маританцам?
– Алаис, милая, тебя и так подташнивает. Скоро они и сами все узнают.
– И что мы им скажем? – схватилась она за голову. – Правду?
– Конечно, нет. Скажем, что ты беременна…
– От кого? – почти стоном вырвалось у Алаис.
Луис вздохнул.
– Придумаем что-нибудь. Скажем, что от меня…
– А потом ребенок родится с синими глазками вместо карих. И будет нам весело.
Луис, глаза которого сейчас были скорее не шоколадно-карими, а золотистыми, почти желтыми, пожал плечами.
– Потом и подумаем. А сейчас отговоримся хоть чем, чтобы сберечь твою репутацию.
Алаис фыркнула.
– Моя репутация… Ты забыл, что Таламира казнили совсем уж недавно? Мой ребенок вполне может быть его сыном.
– Ну уж – нет! Мой ребенок будет носить мое имя!
Алаис пожала плечами, не собираясь спорить. Только…
– А какое имя носили Морские Короли? А то мало ли…
– Э-э-э-э-э…
Сплошные неясности, тайны, проблемы…
А что делать тем, кто не готов положить своего ребенка на алтарь чужой борьбы? Бежать, что ли?
Найдут…
Нет, бежать – это не выход. Мы так извернемся, что вы сами от нас бегать будете. Точка.
В доказательство этой теории, первое, с чего начала Алаис, – атаковала главу рода Ирт.
– Мне нужен доступ к хроникам. И времени Королей, и безвременья.
Глава рода Ирт настолько растерялся, что и не подумал об отказе, вместо этого кротко поинтересовавшись:
– А зачем?
– Мы с Луисом собираемся пожениться, – огорошила его Алаис. – Хочу узнать, бывало ли такое раньше и как с этим разбирались.
Несколько минут глава рода Ирт молчал. А потом выдохнул два слова:
– Это безумие!
– Почему? – Луис также присутствовал при этой сцене и молчать не собирался.
Безумие?
Это ваша попытка вернуть Королей – безумие, а мы как раз в своем уме, просто у нас выбора нет.
– Вы обречете своих детей на смерть, а себя – на проклятие.
– Раньше это уже случалось? – вцепилась клещом Алаис. – Когда? С кем? Сколько детей было рождено? Какие были последствия?
Глава рода Ирт скрипнул зубами. Видимо, понял, что проще пустить женщину к свиткам, чем пересказывать ей сейчас все содержимое.
– Я дам вам доступ в архив.
– Пожалуйста, – расцвела улыбкой Алаис. – Очень нужно…
– А насчет брака… не надо. Уверяю вас, ничем хорошим это не кончится.
Луис вздохнул.
– Мы подумаем.
Это было лучше прямого отказа, а потому глава рода Ирт вздохнул – и смирился.
В конце концов, им протерпеть только пару месяцев, потом на остров прибудут Тимары, и можно будет проводить обряд. А что такое пара месяцев, когда позади уже остались три сотни лет?
Море мягко плескалось у берега.
Накатывало, облизывало гальку острым белым язычком пены, встряхивалось и убегало назад. Чтобы через минуту вернуться с новой попыткой.
Алаис и Луис нарочно ушли подальше от всех, на берег, чтобы любого соглядатая было видно на перестрел. И только тут позволили себе достать реликвии.
Венец и жезл.
Тонкие и изящные, они лежали на песке, серебрились в лунном свете, и змей казался почти живым. Он словно извивался, вот-вот оживет и цапнет…
Да и скипетр…
Кто бы это ни делал, но рукой мастера явно водили боги.
