Перед Итаном лежала распахнутая сумка, из которой торчали отцовские футболки, рубашки и синие джинсы, которые были относительно новые. Отец надевал их всего-то два раза. Итан забрал джинсы почти сразу. Деньги, скопленные за последний год, парень засунул во внутренний карман сумки. Сумма не большая. Уборщиком на рынке, помощником в мастерской у мужа маминой подруги много не заработаешь. Лишь бы хватило до того, как подвернется работа в богатых кварталах.
Хлопнула входная дверь. В кухне заскрипели доски.
Итан прижал указательный палец к губам, задрал брови и взглянул на брата. Кристиан со знанием дела закрыл себе рот ладонью. Дорожная сумка одним ударом ноги проскользнула под кровать.
Зеленые пряди в коротких волосах Юны в этот раз приобрели изумрудный оттенок, а не салатовый, как раньше. Вязаный топик сморщился снизу в тех местах, где был заткнут под лифчик. Сестра жевала оранжевый комок, больше походивший на сырую морковь. Её глаза описывали немыслимые фигуры в попытке найти причину ощутимого напряжения, заполонившего небольшую спальню.
– Поздравляю с окончанием школы, – промямлила Юна, сглотнула оранжевую массу и вплотную подошла к Итану, который сидел на кровати, расставив руки позади себя. – Встретила Ди на улице. Он сказал, что ты забрал диплом и сбежал. Торопился?
– Немного, – Итан выпрямился, их колени соприкоснулись. – Как в универе дела? Когда экзамены?
– Завтра первый, через месяц защита диплома. Чего такой взволнованный?
– Морально готовлюсь к сегодняшней пьянке.
– Мой непьющий братец возжелал вкусить взрослой жизни? – с издевкой произнесла Юна, шагнула назад и за долю секунды оказалась под кроватью почти наполовину.
– За тупую меня принимаешь? – сквозь зубы процедила сестра, тыча пальцем на сумку, заполненную вещами почти наполовину. – Сдурел, мелкий?
Грудь Юны вздымалась. Она дышала через рот, словно готова была в любой момент намертво пригвоздить себя в дверном проёме, лишь бы брат остался сидеть там, где сидел.
– Я подам документы в Силентиум, – твердо сказал Итан, не меняя позы. – Я найду способ.
– Куда? – присвистнула Юна и без сил опустилась рядом на кровать. – В Силентиум? В университет, куда даже детям высшего класса сложно попасть? Ты хоть знаешь, кто создал Силентиум и кто там учился?
Итан никогда не видел сестру настолько взволнованной. Словно перед ней сидел не её младший брат, а пришелец, пообещавший поработить вселенную.
– Знаю, – Итан взял сестру за руку. Та не шевельнулась. – Я докажу им, что мы достойны жизни не хуже той, которую живут они. По крайней мере, я попробую. Иначе совсем скоро мы вымрем. От голода, болезней, ото всего вместе!
– И ты хочешь изменить мир? – рука Юны дернулась. Итан уверен, что сестра собиралась покрутить пальцем у виска. – Ты правда веришь, что сможешь хоть на что-то повлиять? На целую систему, которая строилась десятилетиями? Итан, о чем ты вообще говоришь?!
– Я не строю иллюзий, – развел руками Итан. – Но и в чудеса не верю. Пусть всё пойдет к чертям. Пускай. Мне плевать. Но и не попробовать я не могу.
– А если тебя в тюрьму посадят?
На этих словах Кристиан перестал жевать палец и подошел к кровати, чтобы погладить сестру по ноге.
– Я не собираюсь пробираться в Силентиум в продуктовой машине или рыть туда подкопы, – Итан бережно провел пальцами по щеке Юны, а затем щелкнул по носу. – Если не собираешься меня поддерживать, то хотя бы мозги не выноси.
– Ладно, – Юна вскочила на ноги, закружилась по комнате, затем села на пол, притянула к себе раскрытую сумку и засунула руки внутрь. – Вещи все тут. Тебе хватит, чтобы дойти до шлагбаумов. Через полчаса жду тебя обратно.
– Сосед Ли поможет. Я спрячусь в красном автобусе, – Итан помог растерянному Кристиану залезть на кровать. – Не грызи пальцы, иначе братик будет ругаться.
Кристиан с чпоком вынул большой палец изо рта. Его взгляд метался от сестры к брату и обратно. У мальчишки не было бровей, только две кривые дуги под кожей.
Раньше до богатых кварталов бедняки добирались пешком. Но совсем недавно правительство пустило рейсовый автобус. Как выяснилось, в администрацию высшего класса поступило около трехсот рукописных писем с просьбой предоставлять автобус, хотя бы раз в неделю, так как путь от шлагбаумов до центра города занимал добрые два часа. Видимо триста человек раскрошили каменные сердца высшего класса и те сжалились над недоразвитыми оборванцами.
В первый день, когда новенький красный автобус выехал из-за шлагбаумов и высокомерно покатился по разбитой дороге, хибары опустели. Люди выскочили на улицу кто в чём был и махали руками, как если бы по ухабам шел сам господь Бог. Дети босиком бежали за красным гигантом, трогали металлический корпус пыльными ладонями и заливисто хохотали. Взрослые радостно переговаривались и довольно рассматривали подарок высшего класса. А заодно хвалили триста неизвестных человек, которые наглым образом достали богатеев.
