К сожалению, это препятствие уже не могло спасти ее от бури, что бушевала у нее на сердце. Слова ее отца звенели пугающей правдой — ее дедушка уже совсем не молод. Даже когда она только начала жить с ним, он уже был стар. Служба в храме забирала все его силы и здоровье. Она боялась того, что скорее рано, чем поздно, она потеряет его. Но она молилась, чтобы это все-таки произошло поздно. Если бы только он смог дожить до дня, когда она окончит университет — тогда она получит диплом магистра администрирования бизнеса и сможет самостоятельно управлять храмом, тогда он сможет уйти на покой! И ее отец не сможет достать ее. Если только…
Тяжесть всего сегодняшнего дня камнем лежала у нее на сердце, заставляя присесть на колени подле огня. Она склонила голову, позволяя волосам, подобно вуали, упасть на лицо, что дало возможность скрыть слезы, которые заструились по раскрасневшимся щекам. До чего же она ненавидела то, что всегда приходила к нему со слезами на глазах.
В комнате стало жарче, и огонь взревел, приветствуя новую жизнь. Знакомая мягкая рука опустилась на ее макушку, и она посмотрела в его глаза. Она терпеть не могла, когда он так делал — он всегда заставлял ее выглядеть уязвимой рядом с ним. Он никогда не позволял ей скрыться. Улыбка изучала ее лицо, пока его дух изучал ее сознание.
— Ты не можешь скрыться от меня, Геката, — прошептал он в ее сердце.
И вот так, как и в любой другой раз, она сломалась. Слезы продолжали литься даже тогда, когда она закрыла глаза и схватила его ладонь, поцеловав ее прежде, чем прислонить к своему лицу. Казалось, что его касание было единственным, что имело значение в ее жизни.
Он присел на колени.
— Что стряслось?
— Отец, — всхлипнула она. — О, Судзаку, он говорил… такие ужасные вещи.
Ему не требовалось знать большего — Рей с готовностью позволила ему притянуть ее ближе, и она прильнула к его телу, находя удовольствие в том, как его руки, подобно крыльям, укрывали ее от всего мира.
И Судзаку не отпускал ее, ведь он знал, как сложно для нее всегда оставаться сильной.
***
Сквозь остатки бури прорвался рассвет, когда Рей тихонько покинула комнату Священного огня. Ее глаза хоть и оставались покрасневшими, но взгляд ее оказался ясен, и она глубоко вдохнула утренний воздух.
— Полегчало?
Рей дернулась, разворачиваясь к нарушителю спокойствия.
Ами виновато улыбнулась.
— Ами, — поприветствовала Рей. — Что ты здесь делаешь в такую рань?
— Кажется, что полегчало, — подала голос Ами, игнорируя ее вопрос. — Ты немного успокоилась, напряжение спало. Макото пришла бы сюда вместе со мной, но, ммм… — Ами взглянула в сторону отступающих туч. — Ей надо отдохнуть.
Рей также посмотрела в небеса.
— Так ты знаешь?
— Она рассказала мне в пляжном домике, — кивнула Ами. — Ей приходится трудно, ведь ей приходится ждать грозы. А мне нужно просто отправиться на пляж. Но тебе, — ее темные глаза посмотрели на подругу, — приходится сложнее всего.
Рей кивнула, удивленная и немного напуганная. Она не знала, на что намекает Ами. Она сама не до конца понимала секреты подруг, но что такого могла знать Ами, чего не знала она? И, самое главное, что Ами знала о ее секрете?
Ами посмотрела сквозь нее на Комнату Священного огня.
— Гембу рассказал мне, что один из его братьев заточен в огне. Я должна была догадаться, что это Судзаку.
Глаза Рей широко распахнулись:
— Но как ты?
— Все просто, правда. Когда я узнала, что происходит с Мако. Ты очень сильная, знаешь? Может, даже слишком. Ты никогда не проявляешь эмоции, даже рядом с нами. Я всегда думала, а плачешь ли ты вообще? Но вчера все встало на свои места. Судзаку здесь, не так ли? В Священном огне.
На мгновение, Рей подумала о том, чтобы соврать. Но только на мгновение.
— Да, — сокрушенно признала она. — Он здесь, но только я могу его видеть.
— Все сходится. Если бы я смогла отвезти кого-нибудь из вас к пристанищу Гембу, сомневаюсь, что вы бы его увидели, — Развернувшись, она спросила: — Хочешь позавтракать? Нам нужно многое обсудить.
Взглянув на комнату Священного огня, Рей смогла почувствовать его ауру, призывающую ее согласиться.
Улыбка озарила ее лицо. Развернувшись к подруге, она произнесла:
— Конечно.
