Мейс вяло улыбнулся, и я, выдохнув в сторону новую порцию дыма, положил руку ему на плечо.
– Сегодня ночью у меня бой. Не приезжай в Яму. Проводи Мура и отсыпайся. Ты хреново выглядишь.
Друг кивнул и дважды похлопал меня по руке, давая понять, что в порядке.
Сделав ещё одну затяжку, я выкинул наполовину истлевший окурок и открыл дверь тачки.
– Велл.
Я обернулся.
– Прости. Перегнул. И в клубе, и сейчас. Хочу, чтобы ты знал: я не думаю о ней ничего плохого.
Белль не понимал, и, глядя в его озабоченное лицо, я решился на дерьмо, совсем несвойственное мне. Дерьмо, включающее пару откровений.
– Для меня это не болезнь, Мейс. Для меня это верность, которую сложно найти среди живых… – я замолчал. Запас быстро иссяк, и невысказанное вслух «она хранила её даже после его смерти» повисло в воздухе. – Когда всё закончится, она будет рядом со мной, – поразительно для самого себя заявил я и, отвернувшись от шокированного моим признанием друга, сел в машину, ощущая всем своим зачерствевшим нутром странный всплеск радости.
Я никогда не верил в наш успех, как сегодня. Меня не пугала ни встреча с Миллером, ни предстоящая серия кровавых боев, ни странное состояние Мейсона. Я был готов на всё. Даже на идиотские запросы в космос и романтический кретинизм, если после – въевшийся в кожу салона ментол с тошнотворным ароматом духов Алисии, наконец, сменится клубникой… разбавленной дождём…
Максвелл.
Эван не зря волновался. Нас ждали. Охрана на въезде проверила мои документы и передала информацию по рации. Всего спустя несколько минут появились пятеро укомплектованных парней, в окружении которых мне пришлось проследовать к небольшому дому, скрытому высокими стрижеными кустами. Один из надзирателей попросил пройти меня в центр комнаты, пока другие, распределившись по углам, с крайне серьёзными лицами следили за каждым моим шагом, вероятно, готовясь в любой момент обезвредить меня ценой своей жизни.
– Развернитесь, – пробасил самый крупный из парней, и я, усмехнувшись, последовал требованию, тут же встречаясь взглядом с крайне возмущённым Эваном.
– Какого чёрта происходит, Тайлер? – сложив руки на груди, спросил Мур, следя за ощупывающими движениями каждой части моего тела.
Меня в тюрьме досматривали меньше, чем на вилле Александра Миллера.
– Приказ босса, – коротко ответил Тайлер и взял поданный ему другим парнем специальный металлический прибор. – Поднимите руки.
Эван ничего не ответил и принялся испепелять меня злым взглядом. Но сейчас мне не было дела до его претензий, все мои мысли занимала проверка. Насколько далеко зайдёт Миллер? Ограничится невинным обыском или же перепрыгнет нормы и покажет власть, приказав раздеться до трусов?
– Чисто! – громко провозгласил Тайлер. – Сейчас выходим и садимся в машину, припаркованную у входа. Маркус с нами, остальные – к парадному, – распорядился он и, словно почувствовав моё напряжение, хлопнул меня по плечу. – Без фокусов, парень.
Какие фокусы? Я, конечно, неплохо умел драться, но против пятерых мускулистых шкафов с военной выправкой и недобрым взглядом мой шанс на победу стремительно летел по наклонной вниз.
– Я убью тебя, Велл! – прошипел Эван, расположившись рядом со мной на заднем сидении внедорожника. – Вы с Мейсом вляпались в какое-то дерьмо и втянули меня. Я волнуюсь. А под этой эмоцией я потею, как шлюха в церкви. Тебя обыскивали, словно ты бен Ладен. Только в жопу не залезли!
– Чему я несказанно рад, – усмехнулся я его последнему наблюдению.
Мур недовольно фыркнул, но всю дорогу до главного особняка ехал молча. А затем так же молча вылез наружу, не забыв напоследок показательно хлопнуть дверью.
Я и не рассчитывал получить пропуск через парадные двери. Спокойно вошёл вслед за Тайлером в дом через другой вход, абсолютно не удивляясь появлению за спиной двух новых ребят. С каждым шагом по мраморной лестнице моё внутреннее напряжение только возрастало, потому что не нужно обладать особыми талантами, чтобы понять, что пристальное внимание Миллера было вызвано отнюдь не важностью моей персоны, а осторожностью и недоверием. Эти факты никак не способствовали снятию волнения, и я, совсем не разбирающийся в искусстве, пытался отвлечься на развешанные на стене картины, которые своей мрачностью лишь усугубляли обстановку моей душевной организации.
– Эван, ты можешь идти к гостям, – остановившись посреди коридора, оповестил Тайлер.
Но Мур не успел и рта раскрыть, как стена справа от меня пришла в движение. Потайная дверь, которую невозможно было заметить без подсказки, отъехала в сторону, и в проёме показалась миниатюрная рыжая девушка. До этого момента я видел её только на фотографиях.
– Ты опоздал! – с ходу накинулась она на Эвана. – И почему ты вчера не отвечал на мои звонки?!
Мур закатил глаза.
– Потому что хотел трахаться, а не слушать твоё нытье про дерьмовую еду из ресторана.
Девушка задрала кверху нос, усыпанный мелкими веснушками.
– Когда ты будешь старым обрюзгшим стариком с вялым членом, ты пожалеешь, что потерял такого друга, как я.
