— Я помыться успею? — без надежды на то, что смогу принять душ до разговора, спросил я.
— Конечно. Вы же гражданский человек. Я не могу вам приказывать. Только долго не затягивайте. Я вас жду в кабинете командира гарнизона, — ответил Виталий Семёнович и добродушно улыбнулся.
— Договорились. Через двадцать минут буду, — пообещал я и направился прямиком в свою казарму.
Когда мы отошли на достаточное расстояние, я обратился к Лихачу:
— Поспрашивай у ребят про обстановку и постарайся выяснить насчёт учебного класса, где мы стену отремонтировали. Как вернусь, расскажешь.
— Сделаю, — ответил Лихач, и дальше мы шли молча.
В кабинете командира гарнизона я находился уже через пятнадцать минут. Намываться мне было некогда. Сейчас на кону стояла судьба моих людей и вообще всего гарнизона.
— Присаживайтесь Максим Валерьевич. Не желаете коньяку? — предложил мне Конусов.
— Благодарю. Не откажусь, — ответил я, и Виталий Семёнович по-хозяйски залез в шкаф командира гарнизона, выудил оттуда лучший коньяк из имеющихся и налил в два бокала. После чего уселся в его кресло, и предложил, протягивая мне бокал и указывая на кресло заместителя командира гарнизона:
— Присаживайтесь, разговор у нас с вами будет долгий. Я взял на себя смелость заказать ужин сюда. Вы не против? Не беспокойтесь, этот ужин будет особым, всё согласно ваших с командиром гарнизона договоренностей. Точнее бывшим командиром гарнизона.
Так случилось, что господин капитан взял на себя больше полномочий, чем того полагалось. И несколько дней назад на мою почту пришли доказательства превышения этих полномочий. В результате чего было проведено расследование и произведено множество арестов.
Я сюда прибыл для того, чтобы лично арестовать местное командование и всех служащих этого гарнизона, за исключением новобранцев. Также в мои обязанности входит проведение расследования. Скажите, я могу рассчитывать на ваше содействие?
Пока он мне это всё рассказывал, я активировал способность пролетанской летучей мыши. Не хотелось бы, чтобы меня после стольких усилий отравили.
— Да, Виталий Семёнович, вы можете рассчитывать не только на моё содействие, но и на содействие отряда, в котором я имел честь служить. А ещё я рад, что доказательства не осели на вашей почте и, что прислали именно вас для проведения расследования, — ответил я и мы, отсалютовав друг другу бокалами сделали по глотку и закусили с сыром, сахаром и лимоном.
Раздался стук в дверь. Конусов деактивировал артефакт полога тишины и крикнул:
— Входите.
Распахнулась дверь и несколько рядовых внесли наш ужин на нескольких подносах. Ужин оказался не просто особый, я бы назвал его особым даже для высшей аристократии. Конечно, я не бывал за столом аристократов, но мне, почему-то кажется, что такие яства может позволить себе далеко не каждый.
— Судя по тому, какой стол вы для разговора со мной накрыли, думается мне, что вы хотите со мной договориться, а не пытаетесь меня убить, — предположил я вслух, когда рядовые вышли из кабинета и Конусов активировал артефакт полога тишины.
— Вы всё верно поняли, Максим Валерьевич. Моё руководство поручило мне договориться с вами и новобранцами, которые здесь служат. С ними мы договоримся быстро, а вот с вами, мне кажется, разговор будет долгим. Я могу говорить с вами начистоту и называть вещи своими именами?
— Да, так нам разговаривать будет проще.
— Тогда, вы не будете против, если я вас проверю на наличие записывающих устройств?
— Не буду, из телефона я выну аккумулятор, но его не отдам. Это личная вещь.
— Этого будет достаточно. Я подожду, — согласился Виталий Семёнович.
Я достал телефон, выключил его и вынул из него аккумулятор. После чего Конусов активировал артефакт и, убедившись, что в кабинете нет ни одного записывающего или передающего устройства, обратился ко мне:
— Итак, Максим Валерьевич, каковы ваши условия того, что материалы, которые вы выслали мне на почту несколько дней назад, не будут обнародованы или переданы третьим лицам?
— Для начала, этот гарнизон должен функционировать по закону. Те, кто попали сюда и отслужили свой срок должны быть освобождены и возвращены в пункт приёма, как и гласит устав и закон Российской федерации. Не нужно специально отправлять новобранцев на заведомо смертельные задания, как это делалось раньше. Особенно это касается моего отряда. Если их намеренно будут истреблять, я лично накажу всех тех, кто будет к этому причастен. И меня абсолютно не интересуют ни должности, ни титулы, ни регалии. Ответит каждый.
— Я вас услышал, а какую сумму вы желаете получить на свой счёт?
— Ту, которая полагается мне по закону. Включая деньги, за трофеи, которые я добыл.
— Вы имеете в виду те, которые вы сдавали на склад? Вы хотите получить оттуда честную долю?
