– Набрать особую группу курсантов. Военные, с военными навыками, можно не прошедшие КУОС – на ваше усмотрение. Прогнать их через ваш центр. Затем – вывезти в Афганистан и там преподать им разведработу в экстремальных условиях. Курс определяете вы сами. Добросовестно, чтобы работать могли. Прогоним через стажировки, сориентируем по странам. Затем – пишете спецкурс… лучше даже два спецкурса. На год и на девяносто дней, краткий. Звание генерал-майора и хорошую должность по вашему выбору – гарантирую. Итак?
– Я готов.
– Вот и отлично. Напишете записку с расчетом ваших потребностей. На мое имя. Три дня хватит?
– Так точно.
– Сколько времени на подбор группы?
– Около месяца.
– Хорошо. Преемника здесь выберете сами. Недели на сдачу дел хватит?
– Так точно.
Судья хлопнул ладонью по лбу.
– И да… товарищ Бексултанов… у меня будет к вам небольшое побочное поручение. Вам и вашим людям – оно будет как раз по силам.
Гас Авратакис, человек, ведущий безнадежную войну – вернулся из Вашингтона в Лэнгли в растрепанных чувствах.
Первым делом – он сменил костюм на нечто менее претенциозное, зато более подходящее для нормальной человеческой жизни. Позвонил в гараж – и заказал там себе машину, не слишком приметную, чтобы мелкие воришки, вышедшие на промысел – не шарахались во все стороны, увидев ее. В этот момент – зазвенел телефон.
Авратакис снял трубку
– Сэр, это офис конгрессмена Уилсона – прощебетал приятный женский голос – господин конгрессмен хочет с вами поговорить по неотложному делу
– Соединяйте
В телефонная трубка щелкнуло – есть соединение. Авратакис машинально глянул на телефонныц аппарат – зеленый огонек мигал, линия безопасна.
– У меня есть новости. К нам приходил наш друг из Пентагона. За
– Когда?
– Да как раз с утра и приходил. Постой-ка… я думал, ты в деле…
– Да… я в деле… извини, что побеспокоил.
Пока конгрессмен не включил мозги – а они у него были, хоть он и подпортил их изрядно выпивкой – Авратакис положил трубку.
Макс Вебер был в Конгрессе. Макс Вебер не заглянул к Уилсону. Макс Вебер просил денег на Афганистан. И ничего ему не сказал.
Вот сукин сын!
Авратакис – снял трубку внутреннего, набрал номер.
– Мэри, где сейчас директор?!
– Ушел вниз… – удивленно сказала секретарь судьи Вебстера – если поторопишься, догонишь…
Авратакис – хватанул куртку. Едва не сшибая с ног подчиненных рванулся к выходу.
– Господин директор!
Судья Вебстер – удивленно обернулся, а его охранник, бывший морской пехотинец, пострадавший в Бейруте – положил руку на рукоять MAC-10, с которым не расставался.
– Да… агент Авратакис, если я не ошибаюсь…
У бывшего федерального судьи была профессиональная память, как и у любого хорошего юриста.
– Да, сэр. Мне нужно поговорить с вами срочно. Это касается сегодняшнего совещания.
«Директорский» гараж – отгороженное и охраняемое место в гараже обычном – заливал яркий свет ртутных ламп. Директор уже стоял у своего бронированного, весящего три тонны Кадиллака – его среди своих называли «носорог». Что-то прикинув, он приглашающе показал на машину
– Садитесь…
– Вы уверены в том, что говорите?
Директор не выглядел удивленным. Скорее – раздраженным.
– Да, сэр. Военные уже над чем-то работают.
– Вебер… кто это?
– Макс Вебер, майор. Он работал в смешанной комиссии от Пентагона. Специалист по Афганистану. Сейчас в командовании специальных операций. Собственно, именно к нему я и собирался обратиться…
Судья пригладил волосы.
– Я буду с вами откровенным… – наконец сказал он – агент Авратакис. В глазах Президента после всех провалов – мы выглядим не лучшим образом. А на Капитолийском холме уже открыто говорят, что Лэнгли кишит предателями…
– Сэр, они ничего не знают о нашей работе… – ставил Авратакис
– И не должны знать. Потому что именно в этом и заключается наша работа. Люди имеют право знать только о наших провалах, наши победы должны оставаться тайной навсегда.
Судья невесело улыбнулся
– Или на девяносто девять лет. Вы уверены, что этот конгрессмен… просто не подставит вас?
– Нет, сэр. Он не умеет подставлять
– Я слышал другое.
– Сэр, если он во что-то верит, он действует. Это так же верно, как и то, что солнце всходит по утрам.
– Ну, если так…
Судья Вебстер снова погрузился в раздумья. Авратакис – знал, как делаются дела в Вашингтоне, и хорошо понимал его нерешительность. У него и так исчерпан кредит доверия, если он предпримет какие-то резкие действия и облажается.
– Сэр, если Пентагон уже играет игру…
– То не дело им мешать – закончил судья – это явно согласовано с президентом. За нами – останется только то, чем мы и должны заниматься…
– Я понял, сэр. Разрешите.
– Да, конечно…
Выругавшись про себя, Авратакис открыл дверь, полез из бронированного чрева правительственного лимузина
– Мистер Авратакис…
Уже вышедший из машины Гас Авратакис остановился
– Сэр?
– Вы знаете о том, что начальник советской разведки – бывший федеральный судья?
Это было для Авратакиса новостью.
– Нет, сэр.
