Его провели в командирский блиндаж – духи иногда стреляли из минометов и ракетных установок, пакистанское нападение тоже все помнили – поэтому сроились в основном под землей, на случай длительной, тяжелой и страшенной осады. Но этот блиндаж был не обычным, выкопанным руками. Метров пять под землю, выбранный экскаватором котлован, перекрытие бетонными плитами, слоями земли и гальки – скорее всего такой блиндаж выдержал бы попадание авиабомбы. Внизу – не было больших помещений, только по ширине плит, к тому же – плиты подпирались где деревом, а где бетонными столбами. Пол засыпан мелким гравием, дизель – генератора здесь не слышно, зато свет круглые сутки.
Бека провели в командирское помещение, охраняемое десантниками на входе. Такое же как и другие – только посередине грубо сколоченный стол. На столе – рабочая карта, какие-то документы. В углу, в металлическом шкафчике – сложены автоматы.
Бек пригляделся – ему глазами показали на невысокого крепыша в десантном берете. Надо сказать, что здесь многие десантники десантный берет напоказ не носили – в случае попадания в плен советского десантника ждали мучительные пытки и смерть. Но как обычно и бывает – нашлись люди, которые стали носить берет именно напоказ – чтобы показать духам, что срать на них хотели. Этот офицер – видимо, был из таких.
– Полковник Бексултанов, госбезопасность – отрапортовал Бек
– Подполковник Владимиров, воздушно-десантные войска – крепыш не протянул руки – слушаю вас.
По вновь введенным правилам – звания в госбезопасности опережали армейские на два деления, то есть на армейские деньги Бексултанов был генерал-лейтенантом. Но он прекрасно понимал и то, что здесь, в этом укрепленном блиндаже под Джелалабадом – московские правила ничего не значат. И если тот же Владимиров – а это явно не фамилия, а псевдоним, и звание у него может быть выше – настроился послать подозрительного КГБшника на три всем известные буквы – то он это сделает не задумываясь. И пока они будут разбираться – Телятников уйдет.
Глаза Бека бегали по сторонам – но в лицах, которые он видел – не было ничего знакомого.
– Должно было прийти спецсообщение из Кабула. Из штаба ограниченного контингента. Насчет выделения сил и средств.
Десантник потер лоб.
– Что-то было… Канаев, сгоняй за шифровальщиком. Пусть книгу тащит и последние депеши. Живо!
Здесь все было по-простому. По правилам – шифровальщик вообще не имел право во время своего дежурства ни сам выходить из помещения шифровальной комнаты, ни выносить из них журнал и сами шифровки. Это как кассир – он должен постоянно быть при кассе. Но это в Союзе, а здесь, опять же…
– Мы разыскиваем человека, он направился либо сюда, либо в Кандагар.
– Побегун что ли? – осведомился подполковник
– Он самый. Только из посольства – решил немного раскрыть карты Бек
– Бардак у вас… – вздохнул подполковник – Султан, иди, проведи разбор полетов и вечернее построение.
– Есть!
Понятное дело – убирают афганца. Лучше – если никто из афганцев не будет знать про г…о, которое творится у советских. Умный мужик.
Афганец – в той самой форме, которую сейчас копируют для советских войск спецназначения – вышел.
– К нам – какие дела, товарищ полковник государственной безопасности. Мы здесь – тренируемся сами, афганцев тренируем. Учебно-боевые задания в горах выполняем. Вам бы в местный Царандой, ХАД обратиться, это они тут с бандитизмом сражаются. Дороги перекроют, как положено, агентуру активизируют.
– Мы считаем, что этот человек является американским агентом, имеет связи среди бандподполья. С ним секретная информация. Мы считаем, что американцы попытаются забрать его с нашей территории в ближайшие двадцать четыре часа из пограничной зоны. Нужно немедленно активировать план прикрытия границы, развернуть усиленные посты наблюдения во всей пограничной зоне.
Подполковник покачал головой. Вот крыса гэбешная.
– Никак нет. Нам категорически запрещено выводить личный состав в пограничную зону в ночное время. Скорпионы всех ничтожат только так. Еще не хватало, чтобы свои же накрыли. Да и американцы, если они не дураки – ночью не полетят. По тем же самым причинам. К тому же…
Вернулся офицер с шифровальщиком. Владимиров – поводил пальцем по засаленному, явно содержащемуся в беспорядке прошитому журналу, потом – достал нужную листовку. Подсветив фонариком, прочитал. Здесь вроде были обычные армейские… вопрос в деталях. Например – у всех нештатная обувь и у каждого – на поясе фонарик.
– Обеспечить… совсем там охренели. Товарищ полковник, слушаю ваши соображения.
– У вас есть план прикрытия границы?
– Есть… Старый, еще по Завесе. Мирошниченко, карту…
В этот момент вошел еще один человек
– Здравствуйте… – сказал он с акцентом
– Салам алейкум… – отозвался подполковник
Бек повернулся на знакомый голос
– Ага?!
Ага был уже генералом. Командующим одиннадцатой «пуштунской» дивизией афганской армии, базирующейся на Джелалабад. Но Бека он помнил – тот, еще во время первой командировки крепко выручил его в проклятом Хосте.
