На выходе из бункера – генерал милостиво изволил проинспектировать состояние дел в тренировочном центре – к Беку подошел человек из его свиты. Невысокий, бородатый, темный лицом, в гражданском. Явно кто-то из республик бывшего СССР, скорее всего последний курс либо Высшей школы КГБ либо Дипломатической академии. Новый председатель КГБ предпочитал набирать именно таких, отдавая предпочтение либо выросшим на востоке русским, либо – полукровкам. С полукровками была отдельная история – в национальных республиках интернационализмом даже не пахло, бытовой национализм цвел пышным цветом, и чем лживее были слова с трибун – тем правдивее казались слова свежерожденной национальной интеллигенции. А они – были всегда об одном и том же: без русских, в национальном государстве будет лучше. Полукровки в этом случае были идеальным кадровым резервом: они с детства в детских садах познали вкус национализма, когда тебя бьют и унижают просто за то, какой ты есть и научились ненавидеть и национализм и националистов из своих народов. Это сейчас – ценнее всего, зараза уже расползлась. На Востоке, куда и предстояло устремить вектор своих интересов советской разведке на ближайшее десятилетие – два – они свои, им не предстоит переживать тяжелую адаптацию. К тому же – языки. В смешанных семьях нормой является то, что ребенок знает языки обоих родителей. Например, в смешанной таджико-узбекской семье ребенок знает и таджикский (а это почти фарси и афганский дари) и узбекский языки. Плюс русский, который обязателен в школе, и один иностранный язык. Это либо английский, либо немецкий. Пусть и не до совершенства – но потом не с нуля начинать. А в тбилисских и бакинских кварталах – встречались дети, которые с детства знали по четыре, а то и пять языков – например русский, грузинский, армянский, иврит и английский. В Высшей школе КГБ обязательно учат еще один иностранный язык… и вот перед вами подготовленный разведчик – полиглот, знающий пять – шесть языков. Плюс – полукровки отлично понимали, что у себя на родине им ничего не светит, их всегда будут ненавидеть и только с советским государством, с Москвой, с работой на государство – может быть связано их будущее. С детства научившиеся таить и ненавидеть, быть чужими среди своих, знающие несколько языков и обладающие достаточной мотивацией – чем не идеальные разведчики?
– Товарищ Бексултанов – негромко сказал он – вам привет. От товарища Гасанова…
Бек согласно кивнул
– Как поживает товарищ Гасанов?
– Хорошо. Давайте, отойдем. Тут на полчаса, не меньше…
Они отошли к стоящему старому пакистанскому гусеничному бронетранспортеру, похожему на стальную коробку. Его восстановили и использовали теперь советские солдаты. Сейчас в его тени было удобно спрятаться.
– Товарищ Гасанов удовлетворен вашей работой – сказал молодой человек
– Вы кто? – напрямую спросил Бек
– Меня зовут Султан – протянул руку молодой – возможно, нам не раз еще предстоит работать вместе. Я привез вам кое-какую информацию. Скажем… в качестве помощи.
– А этого – Бек кивнул на уходящие спины… – вы тоже привезли сюда в качестве помощи.
Султан поморщился
– Перестаньте. Самый лучший способ избавиться от идиота – бросить его на передовую. Возможно, враг поможет вам в этом. Он просто отметится здесь и уедет, продолжайте делать то, что вы делали.
Бек с интересом посмотрел на своего визави.
– Ваше звание?
– А при чем здесь это? – обиделся Султан – лейтенанта присвоили. Я, между прочим, московскую школу[180] окончил…
