Советский – улыбнулся и передал финскому пограничнику глухую сумку – авоську. Финн – сразу деликатно отошел, оставив американца и русского наедине. В сумке что-то стеклянно звякнуло – видимо, водка.
– Добрый день, товарищ – поздоровался по-русски Раш
– Добрый день – по-русски же откликнулся сотрудник КГБ – а я вас знаю…
Раш удивился – замечание явно было непрофессиональным.
– Откуда?
– Вы работали в Гонконге. Я – тоже.
– Поэтому вас и послали на обмен?
– Нет, я просто оказался под рукой и мне приказали. У вас разве не так?
– Наверное, так… Какова процедура?
– Полагаю, не стоит отклоняться от обычной. У нас пять объектов, у вас один. Я сейчас приведу одного из американцев, он подтвердит, что с нашей стороны все участники обмена на месте и останется с нами. Двое из объектов для обмена с нашей стороны нетранспортабельны, мы вынесем их сюда на носилках, по одному, вы удостоверитесь в их личности и заберете их. Первого на носилках вы забираете просто так, затем вы выводите человека, который нужен нам. Мы передаем вам второго нетранспортабельного. Вы подводите нашего человека сюда, и он стоит с нами. Затем – мы выводим последних двоих с нашей стороны, как только они подходят сюда – вы передаете нам нашего человека, а мы вам – оставшихся своих. И все вместе отступаем к машинам. Устроит?
Раш помолчал, переваривая.
– Сколько человек будет на пятачке? С нашей стороны и с вашей?
– С нашей – двое. С вашей, если не возражаете, один человек. Мы двое – не в счет.
– Почему с нашей стороны только один человек?
– Потому что с вашей стороны будут стоять два человека, которых мы обмениваем. И предатель, которого мы отпускаем.
– Они не в счет.
– Почему? Они прошли специальную подготовку.
– Они безоружны.
– Сэр, при их захвате погибли советские солдаты, мы считаем, что они чрезвычайно опасны. Следовало бы потребовать расчета один к одному, мы предлагаем один к двум. Это честная игра…
– Хорошо. Договорились?
Они с русским пожали друг другу руку
– Только маленький нюанс. Мы ведь не оговаривали, кто именно должен быть на пятачке, верно…
– Верно – настороженно подтвердил русский
– В таком случае – я буду сидеть в машине, а меня заменит офицер, который лично знает обмениваемых. Он и произведет идентификацию.
В глазах русского на какой-то момент мелькнула растерянность, потом он криво улыбнулся
– Пусть будет так…
И еще раз протянул руку – уже в знак уважения…
Стафф-сержант Эндрю Гордон, снайпер Корпуса морской пехоты США[184] – по его мнению, это было высшее звание, какое только может быть у военного – легко и быстро шел по пограничному финскому лесу. Лес был в основном хвойный, хотя попадались и лиственные деревья, за ним никто не ухаживал – пограничная зона как-никак и хворост тут собирать некому. Этот лес был гуще, чем в Квантико, штат Виргиния, где они базировались, и где он стал снайпером-разведчиком КПМ, и это было плохо – придется выходить к самой дороге. Но это и не джунгли – во время полевых занятий в зоне Панамского канала он подхватил какую-то тропическую заразу, какого то паразита и пять месяцев пролежал в госпитале, избавляясь от него.
В деревьях забрезжил просвет. Они сделали круг и выходили к дороге.
Стафф-сержант повернулся и встретился взглядом со своим вторым номером, капралом Дином Клайдом. Второго номера – снайперы выбирали себе всегда сами, потому что второму номеру они доверяли собственную жизнь. Уроженец бедного квартала Детройта служил в десятой горной дивизии легкой пехоты, они познакомились на ученьях. Сержанта он привлек тем, что горнострелки умели бесшумно передвигаться и еще – он привык носить с собой большое количество снаряжения, не стонать и не жаловаться. Стафф-сержант пообещал капралу избавить его от надменных «офицеров и джентльменов», которые только и искали повод его вздрючить, обеспечить пивом и не слишком доставать по мелочам – в Морской пехоте вообще на мелочи мало обращали внимания, если и доставали то по-крупному. Капрал с радостью согласился на эту сделку и сейчас, присев за стволом большой сосны – вопросительно глядел на своего командира и первого номера. Тонкий ствол новенького М249 – был направлен в сторону дороги…
Только идиоты пускают своего второго номера вперед. Пулемет при переходах – основное огневое средство их группы, если капрал первым примет на себя удар и погибнет – то потом, скорее всего, изловят и самого стафф-сержанта, а солдаты снайперов в плен не брали. А вот если пулеметчик уцелеет при нападении и откроет прикрывающий огонь – у первого номера всегда есть шанс удрать. К тому же – кто знает лес и его приметы лучше, чем опытный снайпер…
