Втроем – иначе было нельзя, снайперы сразу поймут, что к чему – они перебежали к Субурбану, прикрылись его массивным стальным телом, открытой, с пластинами брони внутри – дверью. Машина должна была загореться – но не загорелась, сработала автоматическая система пожаротушения, обязательная для машин прикрытия, составляемых по государственному заказу…
Хейз – успел схватить за ногу выпавшего из Субурбана морского пехотинца, затащить за машину. Приложил два пальца к сонной артерии – готов. Мертв…
– Все целы? – он обернулся, чтобы посмотреть на напарников – черт…
Морской пехотинец кривился от боли – зацепило все таки.
– Что с тобой, парень!?
Пули стучали по борту Субурбана как град, как исполняемое барабанными палочками стакатто. Русские знали, что они здесь…
– Все в норме… сэр.
Одно из стекол – не выдержало и осыпалось на них. Пуля – свистнула совсем рядом.
– Черт… не высовываться! Пригнуться…
Рик сунулся в машину… проверил пульс у одного морского пехотинца, затем у второго. Рядом с одним лежал М4 со смотанным изолентой магазином, он забрал его… мало ли…
– В машине двое! Оба мертвы!
– Водитель тоже мертв!
– Сэр… – крикнул морской пехотинец – впереди один парень жив! Он двигается! Двигается!
Последний из обмениваемых – упорно загребая рукой по асфальту – полз к машинам, таща за собой кого-то. Было видно, что он ранен – но он продолжал ползти, как маленький робот, как стойкий оловянный солдатик…
– Вот, черт…
Лейтенант знал, что обменивали каких-то русских предателей и американцев, их коллег, попавших в ловушку русских в Афганистане на какого-то шпиона. Ради русского – он и не подумал бы подставлять свою задницу… но это мог быть американец…
– С..а… Давайте прикроем его. Дым есть?
– Нет, сэр. Но есть несколько сорок – майк[189]…
– Окей, давай пробей по этим комми своим сорок майк. Ты… как тебя зовут, парень?
– Герберт, сэр. Я из охраны посольства.
– Как насчет немного пострелять, Герберт?
Морской пехотинец с перемазанным кровью лицом улыбнулся
– Черт, я только и жду, пока вы прикажете пнуть пару русских задниц, сэр.
– Да… ты же из морской пехоты… Ладно, хватит болтать… три – два – один…
– Но это же бардак!
– Ну и что? – Зато ты главный…
Все было, как и всегда бывает в Советском Союзе – сначала создаем проблемы, потом героически их преодолеваем. Конечно же – большие генералы в Москве, планируя операцию по обмену захваченных в Афганистане ублюдков на лучшего за послевоенное время советского шпиона в Америке – последнее, о чем они подумали, так это предупредить погранзаставу, на которой будет производиться обмен…
Ефрейтор Евгений Мищенко, опытный пограничник второго года службы, по принятой в Советской армии классификации «дедушка» – когда вышел поссать, последнее, о чем он думал – так это выслеживать прячущихся в лесу американских снайперов или отвлекать на себя их внимание. Он просто хотел поссать.
Евгений Мищенко призывался из Свердловска, но попал на финскую границу в погранвойска и был очень этим доволен. Вообще, в Советской армии существовала своеобразная градация, куда кому идти, какие «покупатели» отовариваются в первую очередь, каким достается что похуже. Погранвойска в этом смысле были очень привилегированным местом службы – спецназ и десант отоваривались после них, перед ними были только дивизия Дзержинского и кремлевский полк…
