Вечерний показ – смокинги и вечерние платья обязательны – начинается в половине десятого. Дениз готовится с семи часов. Проглатывает сэндвич с салатом, в то время как дамский парикмахер Клод, каждая минута которого оплачивается совсем не дешево, занимается ее прической, маникюрша ногтями, гримерша лицом.
Приняв душ и надев смокинг, Жорж предупреждает:
– Уже двадцать минут десятого.
– Спускайся, твое нетерпение нервирует меня, – не отрывая глаз от своего отражения в зеркале, говорит Дениз.
Дворец фестивалей в двухстах метрах, но надо пройти сквозь толпу зевак, зрителей, репортеров, заполняющих большую лестницу. В ожидании выхода кинозвезд толпа собирается у лифта и среди звезд идет соревнование – все хотят явиться последним, запечатлевшись в памяти зевак и, в первую очередь, репортеров. Дениз непременно необходимо оказаться в числе запаздывающих ВИП-персон. Каждый день ее прическа меняется – то ее украшаю бриллианты, то янтарного цвета жемчуг. Она млеет под блицами, ощущая себя самым значительным лицом происходящего.
На фестивале Сименон знакомятся с Феллини и его женой Джульеттой Мазиной. Джульетта, избегавшая пышных туалетов и почестей, скромно держится в стороне. Дениз необходимо блистать в центре внимания, она вновь организовывает кружек жен членов жюри. Дамы проводят свои «заседания» в фойе под предводительством Дениз. Но, увы! В прессе о замечательном начинании мадам Сименон ни слова.
Торжественный день вручения премий оказался горячим. Среди участников жюри разгорелся спор сторонников «Сладкой жизни» Феллини и фильма Антониони. С помощью Сименона победу одержала «Сладкая жизнь». Джульетта разрыдалась на его плече, когда он зачел список лауреатов. А Фредерико Феллини стал другом Сименона на долгие годы.
– Симпатичная пара. Он – чрезвычайно эффектный мужчина. Джульетта выглядит, как моя горничная на дне рождения своего деревенского брата, – прокомментировала Дениз новых друзей. – Могла бы себе позволить не оставаться серой мышкой, все же обладательница двух «Оскаров».
– Заметь себе, что этот мэтр мирового кинематографа и его жена – знаменитая киноактриса, чью Кабирию знают во всем мире, проживают в довольно скромной квартире в Риме и обладать замком не рвутся.
– И это тебе нравится? Увы, бедняги просто не умеют жить красиво. Всю жизнь ютятся, как парвеню, попавший в богатую гостиную и сидящий в коридоре на краешке кресла. Тебе повезло, дорогой: с адскими трудностями твоя жена поддерживает необходимый комфорт.
– Не убежден, что мне он так уж необходим, – буркнул Жорж, не желая продолжать дискуссию. – Наличие таланта и известности не означает потребности в буржуазной роскоши.
– Ха! Ты ж у нас сплошная добродетель. – Дениз окинула его насмешливым взглядом. – Талантливые, не талантливые, скромники или снобы – все мужики – кобели. Уж это я точно знаю. – Она задумалась. – Вернее, чем талантливей, тем кобелистей.
В феврале 1977 года парижский еженедельник «Экспресс» под заголовком «Казанова-наш брат…» опубликовал диалог Феллини и Сименона. В разговоре с итальянским кинорежиссером, похваставшемся своим увлечением женщинами, Сименон сообщил, что он провел подсчет и установил: начиная с тринадцати с половиной лет он имел 10 000 женщин, уточнив, что 8000 из них были проститутками.
Сентябрь 1960 года. Время близится к полдню, а это значит, рабочая «смена» Сименона заканчивается. Завершается и роман – еще страница и можно поставить точку. Старинный письменный стол заливает солнце. Совсем не хочется в такой час описывать прострелянный висок самоубийцы. Жорж решается: «Эрик отбросил пистолет: – Жить, я хочу жить!…» – написал он и вздрогнул – в кабинет ворвалась Дениз. Плечи сотрясали рыдания, на искаженном мукой лице размазана тушь для ресниц.
– Милый Джо, умоляю тебя, помоги мне! – Она бросилась перед ним на колени. – Смотри на меня, как смотрел прежде! Никто никогда не помогал мне кроме отца, который слишком рано умер. Совсем юной я поняла, что ничего не стою. Зачем я встретила тебя именно тогда, когда приготовилась умереть! Я была несчастной игрушкой, которую мужчины перебрасывали словно мяч…
Не отнимай у меня свою любовь, Джо, ты так старался сделать меня счастливой. Ты вселяешь в меня надежду, ты все мне дал! Я хотела большего. Я понимаю, что бываю чересчур настойчива, а все потому, что я люблю тебя, восхищаюсь и хочу быть достойной своего знаменитого мужа… Джо, мой Джо, на коленях умоляю тебя…
– Замолчи, пожалуйста! – Жорж оторвался от письменного стола и обнял жену. – Давай поговорим спокойно. Он уловил сильный запах спиртного и вздохнул: пьяные истерики Дениз происходили все чаще.
– Обещай никогда не покидать меня! Без тебя я ничто. Я ничего не стою, но я люблю тебя!
– Я не собираюсь бросать тебя! Что за фантазии, успокойся, пожалуйста.
Сименон уводит жену в спальню, укладывает в постель и привычно капает в стакан успокоительное. – Обещаю быть внимательным к тебе, но и ты пообещай – мы пригласим доктора и посоветуемся, как лучше поступить с твоей тягой к виски.
