Благороднейший папаша,
А я вот что вам скажу:
Нет, я не порчу дочку вашу,
Я просто близко с ней дружу.
И напрасно черной сажей
Вы рисуете беду –
Пускай она сама мне скажет:
«Вам уходить». И я уйду.
Три дня в неделю я хочу, не реже,
Встречаться с ней и щупать ваш уют.
Пока я с ней, вас не зарежут,
Не рэкетируют!
Зря кричите вы, мадамы,
Не гофрируйте лицо –
Я к вам хожу не за приданым,
А чтоб примерить ей кольцо.
Зря сучите вы ногами,
Я здесь не для куражу.
Я к вам хожу не за долгами,
А за взаимностью хожу.
А ваш прием меня безбожно ранит,
Здесь про меня вам на ухо поют.
Но я уйду – и вас ограбят,
И всех снасилуют!
Зря вы прячете за шторой
Ваше милое дитя –
Я не хочу в окно к ней – вором,
Хоть это делаю шутя.
Ну, ответь же, моя прелесть,
Что шептала мне в усы –
А то они здесь мелют ересь
И не туда суют носы.
А ваш прием меня безбожно ранит,
Здесь про меня вам на ухо поют.
Но я уйду – и вас ограбят.
И в подоле вам принесут.
Вы мне повстречались знойным летом,
Задержались миг и – с глаз долой.
Двинул в челюсть мне Амур кастетом
И пырнул под сердце мне стрелой.
Голова висит в стакане,
Не видать вокруг ни зги.
И душа – как на аркане –
Нарезает к вам круги.
Синие глаза, волосы соломой,
Я вам расскажу радостную весть:
Я купил цветы, я стою у дома
И надеюсь, вас я повстречаю здесь.
Лето отгремело жаркой битвой,
Осень зашептала в камыше.
Полоснул Амур по сердцу бритвой
И зажег пожары на душе.
Голова с потухшим взглядом,
В мыслях звон и свистопляс.
Неужели снова сяду,
Так и не увидев вас?
