Симфония для смертельного трона полностью

Зимри стиснул зубы, отступившая было тоска вернулась. «Что наделала Арабесса?» – хотел возразить он, но заставил себя промолчать.

Негоже ссориться с близнецами на публике.

Кроме того, он не питал иллюзий относительно того, какая мысль возникнет у присутствующих сегодня вечером, когда они увидят Коллектора в сопровождении Каттивы Волковой. В этом и был смысл. Новости в этом королевстве распространялись быстро, а сплетни, словно искра в сухом кустарнике, молниеносно. Лишь сегодня днем они с Каттивой договорились о своем союзе, а создавалось впечатление, будто все королевство уже в курсе происходящего. И, без сомнения, Арабесса тоже.

Сердце Зимри тревожно сжалось.

«Она сама вынудила меня к этому», – напомнил он себе, пытаясь успокоиться. Притвориться, словно душа не уничтожена. Из-за нее.

– Я совсем не против стать темой для обсуждения, – сказала Каттива, на ее губах появилась озорная улыбка. – Особенно приятно осознавать, что мы были правы, сказав родителям, мол, незачем делать официальное заявление. – Она посмотрела в сторону Зимри. – Они думали, наша новость затеряется среди празднований затмения. Оказывается, у славы, которую создала для своего имени их дочь, есть свои преимущества.

– Несомненно, – согласился Зимри.

– Как там Жад и Алена? – поинтересовалась Ачак. – Полагаю, вне себя от счастья?

– Они понимают, какие преимущества сулит этот брак. – Каттива беспечно махнула рукой.

Конечно, они всё понимали, хотя также осознавали, что Зимри останется в выигрыше. Тем не менее их реакция была именно такой, какую обещала Каттива. Они знали, что с помощью денег невозможно обеспечить себе более весомую роль при дворе и породниться со старым Воровским домом, а вот женитьба открывала ранее недоступные для них двери.

Хотя во всем этом не было ничего удивительного, Зимри все равно ощущал досаду. Он годами неустанно работал над тем, чтобы заполучить контроль над клубом, а теперь все в мгновение ока решилось с помощью брака с Каттивой.

«Тогда ты, вероятно, сможешь добиться своего, используя то, что представляет для них больший интерес».

Сказанные на днях слова Арабессы всплыли в его памяти, породив новый приступ боли. Как никогда раньше его раздражало, что ее совет оказался верным. Зимри получил желаемое, но только отказавшись от того, чего вожделел еще сильнее.

– А ты, Коллектор? – спросила Ачак. – Уверена, учитывая дополнительные акции «Макабриса», которые обеспечит тебе этот союз, ты должен быть невероятно счастлив.

– Ачак! – рассмеялась Каттива. – Как очаровательно с твоей стороны обсуждать эту тему на публике.

– Мы с братом слишком давно живем на этом свете, чтобы тратить время на бесполезные формальности этикета.

– Именно поэтому вашей компании нет равных.

– Да, мы довольно популярные личности, – согласилась сестра. – Но я не хочу утомлять тебя разговорами о нас, когда мы все еще не получили ответ от нашего дорогого Коллектора.

Если бы Зимри не был обучен искусству сохранять спокойствие, когда его пытаются вывести из себя, он бы нахмурился под пристальным взглядом древней.

Но что Зимри мог ответить существу, которое совершенно точно знало об их с Арабессой любви с тех пор, как она только расцвела?

Близнецам, которые практически вырастили его вместе с Бассеттами?

Никакое оправдание не могло удовлетворить Ачак, поскольку и самого Зимри оно не могло удовлетворить. Он по-прежнему был растерян и зол, а его сердце – разбито. Хотя он еще не подписал соглашение о браке с Каттивой, ее акции были очень кстати. И все же его не радовало осознание того, что он наконец-то практически заполучил контрольный пакет акций клуба своих родителей. Ибо не таким он представлял себе этот день. День без Арабессы.

– Скажи, что ты хочешь услышать, – начал Зимри, – и я посмотрю, смогу ли порадовать тебя, сказав это.

Ачак приподняла одну из тонких бровей.

– Как любезно, – задумчиво произнесла сестра. – Но и довольно скучно. Не стану больше подталкивать тебя к развитию этой темы, Коллектор. Просто мы с братом надеемся, что вы оба получите от этого союза то, что ищете.

Зимри сжал руки в кулаки и пристально посмотрел на Ачак.

Сегодня вечером он был не в настроении выслушивать наставления древних. Они могли сколько угодно изображать из себя всезнающих особ, но это не означало, будто они понимали, что творилось у него на сердце.

Хотя, похоже, сестра уловила перемену в его настроении, так как обернулась к Каттиве и спросила:

– Но перед уходом мне хотелось бы спросить, можно ли объявить о выходе Мусаи из вашего ложа?

От восторга Каттива едва не захлопала в ладоши.

– Это большая честь для нас, – сказала она, отступая в сторону, чтобы Ачак могла подойти к краю балкона. – Просто изумительно, – прошептала она, наклоняясь к Зимри. – Сначала помолвка, а теперь еще и это!