Прочный союз с Лиможем обеспечивал достаточную защиту от Тулузы до тех пор, пока смерть Раймунда VII не прекратила все тревоги, связанные с этой четвертью. Переговоры с королем Наварры 6 ноября 1248 года привели к назначению арбитров, которые должны были расставить все точки над i в спорных вопросах между Англией и Наваррой14. Пока Генрих III праздновал Рождество в Лондоне и требовал от его жителей подарки к новому 1249 году, Симон вернулся из Гаскони, взяв с собой нескольких рыцарей и вельмож. Он был встречен с радостью благодаря своим победам, одержанным над Гастоном де Беарном и Вильгельмом де Эгремоном, которого он схватил и держал в заключении15. Пока граф находился дома, Одо Риго, архиепископ Руана, приехал в Англию, чтобы провести некоторые сборы, имеющие отношение к его церквям, и принес Генриху III оммаж 24 августа в Вестминстере. Адам Марш написал письмо, чтобы рекомендовать ему Симона, и возможно даже, что граф беседовал с архиепископом16. В июне 1249 года Симон отплыл в Гасконь, снабженный войсками и деньгами, необходимыми для того, чтобы продолжить покорение королевских врагов17. Вскоре после его прибытия, 28 июня, в Бордо разгорелась стычка между партиями Колонов и Ростенов. Симон, разбуженный посреди ночи, схватил оружие и бросился к дерущимся. Ростены были побиты. На следующий день сенешаль, демонстрируя свою беспристрастность, заставил обе стороны предоставить заложников. Но поскольку Симон считал, что Ростены были виноваты в большей степени, он вскоре позволил Колонам заменить своих заключенных старейшин на более молодых членами своего клана. Некоторые Ростены бежали из города, Симон приказал им вернуться, но когда они не сделали этого, он приказал захватить их имущество из-за отсутствия самих ответчиков. Имущество было конфисковано, чтобы создать прецедент. Беглецы, не пожелавшие вернуться, нашли убежище у виконта Фронзака. Симон потребовал, чтобы последний сдал свой замок, но он этого не сделал. Тогда граф направил к нему войска и разрушил его. Амовэн де Вайрэ приехал в Англию и сообщил, что виконт готовит заговор с целью отдать Гасконь Альфонсу де Пуату. Когда Генрих III услышал об этом, он послал Симону распоряжение, в котором требовал, чтобы виконт Фронзак предстал перед ним 3 февраля 1250 года18. Монах по имени Гэлард, принадлежавший к семейству Ростенов, привлек к себе внимание еще во время беспорядков 28 июня в Бордо, поэтому граф запретил ему появляться в этом городе. Когда он был выбран настоятелем монастыря Св. Северина, Симон оспорил это решение. Обе стороны отправились к римскому двору, тогда находившемуся в Лионе. В Лионе сейчас находился Гроссетест, и, возможно, друзья встретились там, чтобы обсудить свои дела. Тем временем граф приказал своим людям захватить стада, забрать урожай и виноград настоятеля. В своей жалобе королю Гэлард оценил убытки в 1606 марок серебром19. Ростены послали двух представителей к Генриху III. Поначалу делегаты были встречены дружелюбно, но как только приехал глава Колонов, их бросили в Тауэр и совет решил, что их следует выдать гасконскому двору. В свете этого решения, когда Симон приехал в Англию в мае 1250 года, Пьер Дельсолер, Гильом Арно Мюндер и Видаль Леконт были переданы в его руки. Он привез их обратно, отправил в заключение и освободил только после выплаты большого выкупа. Затем, изгнав некоторых жителей из Ла Реоля и захватив Баз, граф двинул свои силы на Гастона де Беарна, который опять принялся за грабежи, и заключил его под стражу. Симон отправил нарушителя просить милости у короля, но тот был встречен с такой радостью, что получил обратно свои земли, а король простил всех его сторонников20. Служить Генриху III было сродни сизифову труду. Хотя он обещал Гасконь своему старшему сыну21, он все еще нуждался в твердой руке Симона и в равной степени расточал ему и похвалы, и обещания22. Король гарантировал ему, что недостатка ресурсов не будет. Чтобы сохранить Гасконь для принца Эдуарда, юстициарию Ирландии было приказано посылать годовой налог со всей этой земли Симону в течение двух лет, с тем расчетом, чтобы тот мог строить форты и замки23. Для тех же целей король приказал выплачивать Симону 100 фунтов из поступлений от винной торговли24. Кроме того, Генрих III предоставил сенешалю 800 фунтов стерлингов вместо солдат, которых он не прислал25, и взял на себя ответственность выплаты 1800 марок, взятых Симоном у флорентийских купцов26.
