Рана после такой операции заживает долго, и мне было суждено какое-то время провести в больнице. Однако на третий день ко мне пришел заведующий и передал мне листы тестов сотрудников нашей клиники, чтобы я подсчитал результаты и проанализировал их. Этот тест помогает выявить психические состояния личности, например ипохондрию, истерию, депрессию, девиацию, паранойю, неврастению и так далее. Однако нужно владеть специальной методикой для выявления результатов – самостоятельно это сделать никак не получится. Я потратил весь день, чтобы подсчитать баллы и проанализировать их, – и в итоге заметил, что тест одного человека дал очень странные результаты: у него были налицо серьезные симптомы психических отклонений. Этим человеком оказался Ян Кэ.
С самого нашего знакомства он всегда ходил с недовольным и мрачным лицом. И хотя я всегда считал его слишком вспыльчивым, но в основном на основании слов, сказанных скорее в сердцах, и не думал, что у него в действительности может быть расстройство. На самом деле Ян Кэ довольно добродушный человек: в конце концов, он не брал с меня плату за аренду и подвозил на работу в больницу… Критический показатель шкал Т-баллов, принятый в Китае, равен шестидесяти; если показатель больше или равен ему, то у тестируемого с высокой долей вероятности есть патология или психическое отклонение. У Ян Кэ наблюдались показатели выше шестидесяти баллов, а это означало, что у него есть нарушения в психике. Говоря другими словами, в результатах теста Ян Кэ показатели по шкалам HS (ипохондрии), психопатии (Pd), паранойи (Pa) и шизофрении (Sc) были очень высоки. Если он действительно внимательно отвечал на вопросы теста, то у него налицо признаки психического расстройства. В тесте также присутствует шкала Q; если тестируемый ответил на все 566 вопросов и балл по этой шкале больше тридцати, тогда тест испытуемого можно считать недействительным. Однако у Ян Кэ этот показатель не был превышен; значит, на вопросы теста он отвечал серьезно.
Может ли Ян Кэ быть Х.? Тогда все, что он делал, было лишь для отвода глаз?
Пустые размышления делу не помогут. Проанализировав все результаты, я попросил медсестру, обходившую палаты, помочь мне сложить бумаги, чтобы завтра отдать их заведующему. Ночью в стационаре первой городской больницы практически не было людей; царила такая тишина, что можно было услышать шуршание ветра за окном. Я лежал в палате общего типа, в которой было всего три больничных койки. Пациента, лежавшего на койке посередине, выписали днем, поэтому к вечеру в палате остались только я да еще один мужчина средних лет. Мой сосед по палате лежал с раком щитовидной железы; несколько дней назад ему удалили железу и прилежащие лимфатические узлы. После операции ему установили дренажную трубку, и он пока не мог говорить, а даже если что-то и пытался сказать, по звуку это скорее напоминало писк комара, поэтому в нашей палате стояла полная тишина.
Вечером к моему соседу пришла его жена, довольно изящно одетая стройная женщина. Видно, что она радушно относится к людям, поскольку, подойдя к моей койке, угостила меня очищенным яблоком. Так как мне недавно сделали трахеотомию, я, как и ее муж, не мог вот так съесть яблоко, поэтому пришлось тактично отказаться. Мой сосед, издавая комариный писк, начал брюзжать, что его жена совсем ничего не понимает, что рана на горле еще не зажила и о каком яблоке может идти речь, неужели она хочет сделать еще хуже? Женщина расстроилась, но ничего не стала говорить в присутствии постороннего человека, поэтому просто взяла яблоко и вышла из палаты.
Когда наступила ночь, все посетители, которые приходили в больницу, чтобы навестить своих больных родственников, уже разошлись либо остались ночевать в палатах. В нашей палате стояла мертвая тишина. Моему соседу, видимо, это было совсем непривычно, и он оставил телевизор включенным, чтобы как-то оживить атмосферу. Мне было ужасно скучно, и я достал тесты, чтобы еще раз просмотреть их и убедиться, действительно ли Ян Кэ может быть болен. Мой сосед то и дело поглядывал на меня; наверняка он думал, что я учитель и проверяю контрольные работы своих учеников. Несколько раз хотел завязать со мной разговор, но слова застревали у него в горле.
Когда по телевизору началась реклама, мой сосед все же не стерпел и хриплым голосом спросил:
– Вы работаете учителем?
– Нет. – Мне не очень хотелось разговаривать.
– Тогда вы… – продолжил он свой допрос.
Сложив листы с тестами и положив их у изголовья больничной койки, я дал ему простой ответ:
– Я врач.
Сосед не уловил безразличие в моем голосе – наоборот, он еще больше воодушевился:
– Меня зовут Ши Лэй, я занимаюсь продажей диковинных камней; держу несколько магазинов в Наньнине и Лючжоу.
Я не знал, что ему ответить. В голове я вдруг переключился на английский язык и чуть было не ответил: «Good for you»[15]. Люди, работающие в сфере торговли, обычно очень разговорчивы. Ши Лэю было на самом деле все равно, хочу ли я вести с ним беседу, и он продолжил:
