Симулятор убийств полностью

Тело Мориса Уайетта обнаружили среди развалин корпуса Банди. Салман Джалаль произнес на его похоронах прощальную речь. ПТП находилась под следствием в двадцати шести странах, а правительство США заморозило шесть миллиардов долларов на счетах «Паст-Крайма». Десять миллионов было перечислено Кэсси, как Криспин Лейк и обещал Харрису. Сначала она хотела гордо отказаться от денег, но потом решила, что с учетом всего, сколько у нее отняли, им еще повезет, если она не потребует вдесятеро больше. Миллион она потратила на то, чтобы выкупить Эли у фонда «РИМ», при этом пришлось еще торговаться с Эммелин Проктер, требовавшей полтора. Проктер не знала, что Кэсси заплатила бы и два миллиона, лишь бы Эли никогда туда не вернулась. Еще пятьсот тысяч ушло на погашение задолженности перед «Пополнением». Остальным Кэсси могла распоряжаться по своему усмотрению. И подумывала начать с покупки приличного дивана.

Ей пришлось привыкать к тому, что в ее квартирке, вечно нуждавшейся в уборке, появилась новая обитательница, но в целом уживались они неплохо. С девяти утра до трех Эли училась в летней школе в Терре+. Осенью ей предстояло вернуться в Вестбери. По вечерам они заказывали доставку ужина и съедали его перед телевизором (готовить Кэсси так толком и не научилась).

Время от времени Эли рассказывала ей, как прошел ее день, и Кэсси, слушая девочку, жалела, что такая связь с другим человеком появилась у нее только сейчас. Потом они смотрели фильм или играли во что-нибудь в Терре+, а то и просто занимались своими делами. Эли научила Кэсси любить старое кино – очаровательные черно-белые фильмы с гангстерами и роковыми красотками, опасными страстями и смертоносными желаниями, где в каждом кадре облаками клубился сигаретный дым. В монохроме было что-то успокаивающее, что-то простое. Они желали друг другу спокойной ночи и расходились по спальням. Эли до сих пор снились кошмары, и Кэсси бежала к ней в комнату, брала девочку за руку и говорила ей, что эти сны – всего лишь реалистичные симы, пускай и страшные, но ненастоящие.

Хотя парк в Вест-Вэлли сгорел дотла, «Паст-Крайм» продолжал жить. Статистика показывала, что в первый месяц после запуска пользователи провели в симе Инферно более тридцати четырех миллиардов часов, а количество подписчиков выросло на двадцать миллионов. При входе в сим пользователи видели дисклеймер, предупреждавший, что содержание сима, особенно роль семьи Уэст в Инферно, не поддается проверке и что симулятор следует воспринимать как развлекательный аттракцион, а не изложение фактов. Некоторые учитывали это. Некоторые нет.

«Источник» требовал закрытия серверов «Паст-Крайма», удаления симов компании из Терры+ и распределения ее замороженных активов между жертвами и благотворительными организациями. Но с учетом сумм, о которых шла речь, о порядочности и филантропии никто и не думал.

Кэсси уже засыпала, когда завибрировал ее мобильный. Пришло сообщение от Салмана Джалаля.

Есть минутка? Это важно.

В сообщении была ссылка на зашифрованный приват. Кэсси надела визор и запустила свой ТПД.

Она оказалась в небольшом кабинете. Салман Джалаль сидел по другую сторону стола. Увидев ее, он тепло улыбнулся.

– Как дела, Кэсси? – спросил он.

– Нормально, – ответила она. – Вы хорошо выглядите. Или это ваш каст?

– Мой каст похудел на три килограмма. Приходится быть в тонусе, поскольку теперь мне нужно больше клиентов. Не то что при Криспине Лейке.

– Так что случилось?

Джалаль посерьезнел.

– Я хотел, чтобы вы услышали это от меня. Прежде, чем пресса растрезвонит новость. «ИКРА» планирует купить «Паст-Крайм».

– Что это означает?

– Они получат все симы и исходные коды, все нераспроданные визоры «Тейя» и землю, ранее принадлежавшую «Паст-Крайму». Их генераторы, серверные, склады – все. Но использовать будут только права, приобретенные легально. Все, что компания получила от Харриса, или Эли, или Дрейдена Даунса, считается приобретенным незаконно и ныне является собственностью ПТП.

– Той самой ПТП, которая сейчас под следствием и которая похитила тело моего мужа? – сказала она. – Мне от этого нисколько не легче.

– И мне тоже. Но в «ИКРЕ» считают, что бренд «Паст-Крайм» по-прежнему представляет большую ценность. После пожара в «Киллерленде» количество подписчиков взлетело.

– На катастрофе всегда можно сделать деньги, – вздохнула Кэсси. – Лейк это доказал.

– Да, деньги, – согласился Джалаль. – Большие деньги. Мои источники утверждают, что цена сделки – девять с половиной миллиардов.

– Иисусе! – воскликнула Кэсси. – Чем страшней катастрофа, тем дороже она стоит.

– А еще я слышал от инсайдеров в «ИКРЕ», что они уже начали покупать права у выживших при втором Инферно. Лейк… точнее, Вулман заранее запустил продакшен нового сима. Второго Инферно, в «Киллерленде». «ИКРА» покупает права на тысячи видеозаписей, сделанных в парке в ту ночь. Естественно, вы не будете Верховным Светочем в этом симе, и если они посмеют хотя бы намекнуть на это, то получат судебный иск на сумму, превышающую годовые доходы всей Терры+.