Все эти люди готовились последовать за мужчиной – который
– Сегодня мы разожжем огонь, – сказал Харрис. – И он продолжит гореть. Три-шесть-пять-два станет нашим продолжением.
–
– Три-шесть-пять-два, – повторила Эли, дернув Кэсси за рукав. – Именно это сказал мой отец перед смертью. Ровно десять лет с предыдущего Инферно. Все это было спланировано. С самого начала. Это произойдет.
– Но диалог уже запрограммирован в симуляции, – сказала Кэсси. – Лейк должен о нем знать. Мы должны сообщить в полицию. Должны рассказать…
Прежде чем она успела закончить, ее висок расколола острая боль, как будто кто-то вонзил в него нож. В следующий миг Церковь Факелов померкла и Кэсси увидела ослепительный белый свет. Потом все ее чувства отключились.
– У нее ожог мозга!
Кэсси узнала этот голос. Стивен Вулман. Она открыла глаза. Точнее, попыталась открыть. Ее веки затрепетали, в мозгу как будто включился стробоскоп. Она была уже не в Терре+, а в родильном отделении. Но она вышла из сима не сама. Ее оттуда выдернули.
Желудок Кэсси подкатился к горлу, и она перегнулась пополам. Изо рта у нее текла слюна. Голова кружилась так, будто она месяц провела в сушилке для салата. Уайетт появился на периферии ее зрения – в руках он держал термос. Кэсси взяла его дрожащими руками и отпила большой глоток. Уайетт салфеткой вытер ей губы. Напиток был соленым и скользким, как океанская вода. Комната медленно перестала кружиться, и Кэсси удалось открыть глаза.
– Что… что случилось? – спросила она.
– У вас ожог мозга, – ответил Вулман. Он стоял над ней. – Пришлось отключить вас от симуляции. Ваша биометрия словно взбесилась. Простите, если это было… резковато.
Эли опустилась рядом с ней на колени; в ее глазах плескались тревога и страх.
– Кэсси, ты как?
– Сама не знаю. Вроде в порядке.
Вулман достал из кармана серебристый пакетик и протянул ей.
– Съешьте это, – распорядился он. Кэсси разорвала фольгу и выдавила из пакетика что-то вроде коричневатой пасты. Выглядела она не аппетитней слизи, которую Кэсси вычищала из фильтра посудомойки.
– Что это такое? – спросила она.
– Наша запатентованная питательная смесь, – ответил Лейк. – Помогает бороться с последствиями ожога мозга. Содержит необходимое количество углеводов, жиров и белков плюс повышенную дозу натрия и калия.
– Выглядит как жижа, которую папа смывал с колес машины после дождя, – заметила Эли.
– Вкус оставляет желать лучшего, – продолжал Лейк. – Но сейчас гораздо важнее выровнять вашу биометрию, чем потрафить вашим предпочтениям в еде.
Кэсси выдавила смесь себе в рот и, поморщившись, проглотила. Вкус был как у изнанки ботинка. Она сделала еще глоток из термоса и вернула его Вулману.
– Можно мне еще?
Вулман покачал головой.
– Будете много пить, слишком разбавите питательные вещества. К счастью, биометрия мисс Миллер в полном порядке. Нам пришлось выдернуть миссис Уэст, чтобы не наступило Погружение.
– Погружение? – спросила Эли.
– Мозг – центральный узел всех органов чувств, – ответил Вулман. – Он действует как буферная зона между Террой+ и Террой—. Когда вы внутри, все
– Мы принимаем профилактические меры, чтобы обеспечить безопасность своим сотрудникам, – вставил Лейк. – Когда наши симы работают в режиме тестирования, каждый визор снимает биометрию пользователя. Как только появляются симптомы гипонатриемии, служащий принудительно отправляется на двадцатичетырехчасовой перерыв. Если, пока он в симе, у него подскакивает сахар или начинается обезвоживание, наши нейронные тактили его отключают. Вот как вас сейчас.
– То есть она была близка к Погружению? – спросила Эли, кивнув на Кэсси.
– Будь она сотрудницей «Паст-Крайма», – ответил Вулман, – мы запретили бы ей доступ в Терру+ до полного восстановления показателей.
– Кэсси, – сказала девочка, – может, тебе нужно…
– Не нужно, – отрезала Кэсси. – Там, в Церкви Факелов, мой муж сказал «три-шесть-пять-два». Три тысячи шестьсот пятьдесят два. Отец Эли в день смерти говорил то же самое. Это точное количество дней между Инферно и десятой годовщиной. А также запуском вашего сима. Откуда вы это взяли?
Вулман удивленно приподнял брови.
– У нас самые продвинутые виртуалы. У них почти неограниченный спектр реакций и диалогов. Я никогда не слышал, чтобы Харрис это говорил. А если бы слышал, то не обратил бы внимания. Он был сумасшедший. Маршалл Эплуайт сказал последователям «Небесных врат»[25], что они могут превратиться во внеземных существ и вознестись на небеса.
– Алан Миллер использовал ту же фразу, что ваш виртуал. Он называл себя Факелом. Мы должны сообщить властям.
