Николай Гумилёв вывел замечательный тип мужской характеристики золота: «Распутник в раззолоченном плаще».
Сейчас раззолоченные плащи или парчу на мужчинах можно встретить только в цирке да на эстраде. Правда, в 90-х годах XX века в России часто стали встречаться мужчины с золотыми цепями на шее и в малиновых пиджаках, то есть практически в той же парче. Как по этому поводу справедливо замечает Т. Забозлаева, увлечение парчой – это всякий раз тяготение к своего рода показухе, это недоверие к собственным внутренним достоинствам.
Психологи же в один голос утверждают, что это недоверие преимущественно характеризует женщин, по сравнению с Я-концепцией мужчин. Любопытную аналогию с человеком можно усмотреть в царстве пернатых. К примеру, до тех пор, пока самец строит гнездо, его окраска сливается с окружающей средой. Когда он замечает партнершу, то приобретает блестящую окраску брачного периода, которая и привлекает самку.
Можно полагать, что вышеупомянутая потеря остроты зрения из-за блеска функционально связана – в силу детализации и конкретизации каких-либо составляющих поля зрения – с формальной логикой. Действительно, и та и другая в наибольшей степени характеризуют женственное сознание как компонент интеллекта. Поэтому-то предбрачный блеск самцов (в нашем случае – представителей мужского пола) при взгляде на них вполне может привлекать внимание женщины из-за потери ею остроты зрения.
Подобные вещи отмечаются и в символике аналогично этому явлению. К примеру, Гегель заметил, что блеск и матовость цвета также имеют в себе нечто символическое: первый соответствует обычно настроению человека, находящегося в блестящем положении; матовый, напротив, – пренебрегающему всякой пышностью простому и мирному характеру.
В функциональной психологии отмечается, что золото, независимо от своей покупательской способности, выражает чувство лучезарного счастья. Выводится это заключение следующим образом: если желтый цвет есть выражение освобождения и счастья, то именно это его значение усиливается благодаря полированной, блестящей поверхности золота.
Подводя итог разделу, можно заметить, что блеск золота свидетельствует прежде всего о женственности человека – кем бы он ни был – мужчиной или женщиной. Среди же религиозных направлений, по-видимому, архетип золотого цвета может быть связан с буддизмом.
Зеленые тона занимают промежуточное положение между теплыми и холодными цветами. Как пишут исследователи, зеленый цвет является цветом природы и роста, что оказывает успокаивающее действие, создает нейтральное настроение, впечатление мягкого, приятного и благотворного покоя. И в самом деле, обыкновенно воздействие леса, лугов или садов создает спокойное, мягкое, ясное, умиротворенное настроение. По-видимому, здесь сказывается своеобразная дополнительность зеленого и красного – цветов растительной и животной воспроизводимости.
Как правило, желтовато-зеленые оттенки вызывают ассоциации с вынужденным раскрытием и связываются с распусканием почек на деревьях. Среди всех полихромных цветов зеленовато-желтый обладает наиболее ясной и отчетливой областью видения. Это связано с тем, что максимальная чувствительность глаза приходится на эту область спектра. И в то же время желто-зеленый цвет имеет наименьшую насыщенность. Поэтому в нормальных условиях он не утомляет зрение.
Однако при укачивании желто-зеленые тона ухудшают самочувствие и усиливают вегетативные расстройства. И не только при укачивании. Так, например, в невесомости образцы чистого зеленого цвета кажутся испытуемым желтовато-зелеными (в нормальных же условиях последние цвета психологически воспринимаются как что-то слегка ядовитое, сернистое, жесткое).
Экспериментальные исследования на возникновение свободных ассоциаций полностью подтвердили справедливость этого мнения. Так, оказалось, что желтовато-зеленые цвета связаны с такими качествами и свойствами человеческой личности, как болезненность, желчность, раздражительность, сварливость, ненадежность, вероломство.
Как отмечают экстрасенсы, аура лимонно-зеленого цвета является признаком лжи и уклончивости. Быть может, Гёте чувствовал это, когда писал, что цвет серы, отдающий зеленым, имеет что-то неприятное.
