— Паклаков сейчас дома, спит, — сообщила Машка. — Пришел пьяный и сразу уснул. И шлем принес с собой. Я сама это видела.
— Следила, что ли? — хмыкнул Кирилл.
— Да, следила. Что могла — сделала сама. Теперь нужно забрать у него шлем.
— Как? — удивился Хрящ.
— Он спит с открытой форточкой. Нужно влезть туда и взять шлем. Вот и все, — помявшись немного, Машка внесла окончательную ясность. — Я хочу сказать, нужно украсть.
Кирилл и Хрящ изумленно переглянулись. Машка хочет украсть! И в страшном сне такого не привиделось бы…
— Я одна не смогу. Вы мне поможете?
Кирилл смущенно кашлянул, а Хрящ почесал затылок.
— Я сама залезу в дом, — поспешно пояснила Машка. — Но желательно, чтобы ты, Кирилл, был на всякий случай в саду, под окном.
— А я? — встрепенулся Хрящ.
— А ты — на другой улице с мотоциклом. Он еще заводится?
— Ну… как бы да, — с сомнением произнес Хрящ.
— Кирилл, как твоя рука?
— Хорошо, — поспешно соврал тот. — Совсем не болит.
— Понимаешь… шлем нужно обязательно отобрать у Паклакова. Обязательно! Я залезу в комнату и передам его тебе. Сразу беги к мотоциклу и уезжайте. Меня не ждите…
— Мы тебя не бросим, — покачал головой Кирилл.
— Ребята, главное — шлем! За меня не бойтесь. Даже если меня заметят — уходите.
— Я лучше сам полезу в форточку.
— Кирилл, — спокойно сказала Машка, — у тебя, как Я поняла, и так сейчас неприятностей хватает. Верно?
— Ничего особенного… — пробормотал Кирилл, глядя в пол.
— Ну, договорились?
— Посмотрим на месте, — решил Кирилл.
— Слышь, Машка, — подал голос Хрящ. — Я ничего не хочу такого сказать, но… — он потупился, — у меня телега так трещит, что полгорода проснется.
—Да, я не подумала, — с досадой произнесла Машка.
— Но я все равно с вами! — поспешно добавил Хрящ. — И к тому же, можно на велосипеде…
Машка встала, закрепила волосы заколкой.
— Я пошла переодеваться.
— Кира, я шизею! — восторженно прошипел Хрящ, когда девушка вышла. — Ты, я и Машка лезем в чужой дом, украдать шлем! От-тана лопала!
— Сам шизею, — признался Кирилл. — Для полноты компании только Дутова не хватает…
Машка вернулась быстро. На ней были черные джинсы, кроссовки и мягкая ковбойская рубашка. В руках — пакет, в котором угадывался фонарик и что-то еще.
— Готовы?
Ребята поднялись с дивана. Кирилл заметил, что Хрящ стоит чуть ли не по стойке «смирно». Он, похоже, уже представлял себя суперагентом накануне специальной операции.
— Ну… — Машка перевела дыхание. — Пошли.
Район, где обитал Пакля с матерью и отчимом, неофициально назывался Париж. Отличительной особенностью местной архитектуры являлось отсутствие всякой архитектуры.
Париж являл собой беспорядочное скопление домиков, сарайчиков и лачуг, разросшееся на окраине города подобно плесени. Здесь не было такого понятия, как «улица», поскольку улицей считалось все, что находится между домами и дворами. Дорожки и тропинки были так запутаны, что впору вешать табличку «Найди выход из лабиринта» и за деньги запускать туристов.
Париж громоздился на косогорах, земля здесь никакой ценности не представляла. Здесь можно было построить какую-нибудь хижину из фанеры, да и жить в ней — никто не предъявил бы счет за «самовольный захват земли». Низины заполняла влага, уткам и поросятам всегда находилось место, чтоб поплавать, поваляться в грязной жиже. Да и комарам в Париже был настоящий рай.
Сейчас здесь стояла тишина. От заболоченных низин поднимался туман, он ворочался среди домиков и заборов, чуть подсвеченный луной. Машка зябко поводила плечами, глядя, как Кирилл и Хрящ отделяют от забора доску.
— Может, лучше через забор? — тихо предложила она.
— Он чуть держится, — возразил Хрящ. — Залезешь на него — и вместе с ним навернешься. Больше шума получится…
— Все, готово… — сообщил Кирилл.
В заборе имелась теперь дыра, открывающая путь в небольшой садик. Где-то там было открытое окно, а за ним — сладко спящий Пакля и его чудесный шлем. Машка сказала, что все заранее проверила — в этом доме не держали собак.
— Надо идти, — отрывисто проговорила она. Затем вытащила фонарик, а пакет отдала Хрящу на хранение. В кронах зашумел ветер, и всем стало не по себе. Сейчас вместе было еще не очень страшно, но наступала минута, когда надо расставаться. Хрящ оставался на тропинке с велосипедом, Машка лезла в дом, Кириллу предстояло дожидаться ее в садике.
Кирилл вдруг особенно остро почувствовал всю бестолковость происходящего. Почему, спрашивал он себя, важнейшую государственную задачу решают трое случайных людей, а не уполномоченные органы? В какие странные дела ввязалась Машка?
Только одно обстоятельство не позволяло Кириллу плюнуть на все и уйти. Пакля отныне был его личным врагом. И разбираться с ним следовало лично, не надеясь на какие-то органы.
Впрочем, была и еще одна причина. Об этой услуге его попросил не кто-нибудь, а Машка. Ей Кирилл готов был помогать, не задавая лишних вопросов.
— Рацию бы сейчас, — проговорил Хрящ. И пояснил: — Для связи.
— Ну все, пошли, — Машка:первая пролезла в садик.
