— Держись, — крикнул Кирилл и подсадил Машку на толстый сук. Она обхватила его изо всех сил, но сил было очень мало. Кириллу пришлось придерживать девушку, пока она карабкалась дальше, и он потерял драгоценные секунды.
Когда он сам попытался запрыгнуть на дерево, белое чудовище несильно ткнулось ему в спину мордой. Он в панике отскочил в сторону, зацепился ногой за спутанную траву и упал. Животное теперь нависало прямо над ним, оно поднялось на дыбы и заревело.
— Беги… — послышался слабый Машкин голос.
Бежать уже не было сил. Кирилл откатился, вскочил на ноги и укрылся за стволом дерева. Чудище обиженно заревело и принялось обходить его, бойко перебирая ногами. Кирилл, наконец, оказался под тем самым суком, на который подсадил Машку. Он подпрыгнул, уцепился и попробовал подтянуться… но тут дала о себе знать поврежденная рука.
Кирилл висел, стиснув зубы от боли, и не мог ничего сделать. Рука не слушалась, отзываясь болью на каждое движение. Что-то закричала Машка, но Кирилл не расслышал. Чудище уже было под ним — оно нагнуло голову, собираясь, похоже, подбоднуть Кирилла рогами.
И в эту секунду он увидел свой единственный шанс. Могучая шея и спина монстра были прямо под ним. Кирилл оперся о них ногами и подпрыгнул. Зацепился здоровой рукой, потом — ногой. И наконец оказался на высоте, где достать его было невозможно.
— Сюда! — крикнула Машка.
Она была уже на крыше трансформатора. Балансируя на толстой ветке, Кирилл перебежал к ней и без сил опустился на колени. Машка так крепко обняла его, что на мгновение стало трудно дышать.
— Кирилл… — ее лицо было мокрым от слез. — Прости меня.
Они вдвоем сидели на маленькой крыше, залитой битумом, а внизу ревело и бесновалось ужасное животное.
— Машка… — прошептал Кирилл. — Кто это такое? Откуда оно взялось?
— Это корова. Это просто корова, переделанная в бионетика. Кажется, Паклаков поставил ее охранять дом…
— Корова? Ничего себе… Ты ничего не говорила про…
В этот момент кирпичную будку сотряс мощный удар. Кирилл выглянул через край крыши и увидел, что чудовище стоит на задних ногах, а передними лупит в стену — так, что во все стороны разлетаются осколки кирпичей.
— Машка, что делать? — закричал он. — Оно сейчас все разнесет!
— Господи… — прошептала Машка и закрыла глаза. Кирилл понял, что на нее надежды нет. Он начал прикидывать: нельзя ли обмотать руки рубашкой и переползти куда-нибудь по электропроводам. И тут вдруг откуда-то прилетел отчаянный крик:
— Кира! Кира-а! Что делать?
Это был Хрящ. Он со своим велосипедом стоял под фонарем по другую сторону оврага.
— Кира, я здесь!
— Хрящ! — заорал в ответ Кирилл и помахал рукой.
Больше он ничего сказать не смог — нечего было говорить.
— Кира, давай милицию вызову…
Страшилище перестало колотить в стену и теперь беспокойно озиралось, пытаясь найти источник постороннего звука. Впрочем, Хрящ ничем пока не рисковал — овраг и сточная канава надежно отделяли его от опасности.
— Машка, он предлагает милицию, — передал Кирилл.
— Нет! — воскликнула девушка. И вдруг, закрыв лицо ладонями, сквозь плач прошептала: — Я не должна этого делать… не должна…
— Что делать? — не понял Кирилл.
— Пусть он привезет мой пакет, — сказала Машка. — Пусть закинет его к нам, а сам уезжает. Скажи ему…
Кирилл с сомнением посмотрел на нее. Зачем пакет, что от него толку? Потом он догадался, что там, должно быть, очередная штучка, чтобы «выключить» чудовище.
Какой-нибудь секрет.
Он сложил ладони рупором и прокричал:
— Хрящ! Дуй сюда! Нужен Машкин пакет, срочно!
— Ладно, — голос Хряща был, что и говорить, безрадостный. — Я сейчас…
Будка снова затряслась. Было слышно, как обваливаются кирпичи.
— С ней совсем ничего нельзя сделать? — спросил Кирилл, снова выглядывая через бортик крыши. Он разглядел, что белое тело коровы все покрыто какими-то трещинками и линиями, будто старинная скульптура.
—Ничего, — помотала головой Машка. — Она очень сильная и живучая. У нее даже кости стальные.
— Стальные кости? — хмыкнул Кирилл. Он не припоминал, чтобы в Зарыбинске встречались коровы-терминаторы.
— Эй, ловите! — раздался через несколько минут тревожный голос Хряща. Кирилл подпрыгнул и поймал в воздухе пакет, довольно увесистый.
Чудище хотело было испробовать восьмиклассника на вкус, но тот с такой скоростью помчал по склону на своем велосипеде, что догнать его не смог бы и гепард.
— Дай! — воскликнула Машка и отобрала пакет у Кирилла. Затем отвернулась и что-то начала высыпать на поверхность крыши. — Не подглядывай.
— И не собирался.
— Я не должна этого делать… — опять пробормотала Машка, словно разговаривала сама с собой.
Что именно она делала, Кирилл так и не узнал. Он вернулся к краю крыши и продолжал наблюдать за чудовищем, гадая, скоро ли оно превратит будку в груду кирпича. И вдруг он с изумлением заметил, что из темноты вырисовались три человеческие фигуры.
В одной из них по специфической походке он узнал Паклю. Пакля был одет в свой клоунский наряд, а кроме того, его голову украшал шлем. Видимо, тот самый.
Вместе с Паклей шагали оба бионетика — в полной форме, в шлемах и с оружием.
