Они с чувством выпили по стопочке и закусили лимоном, нарезанным толстыми кружками.
— Так, — Настя побарабанила пальцами по столу. — А зачем самоубийцам нужен какой-то там клуб?
— Как зачем? Книг совсем не читаешь? Допустим, ты хочешь покончить с собой, но у тебя не хватает решимости наложить на себя руки. Ты вступаешь в «Клуб самоубийц», платишь вступительный взнос, и друзья по клубу охотно помогают тебе отправиться на тот свет.
— Так это получается «Клуб убийц»! — возразила Настя.
— Но ведь жертва согласна.
— И как, ты думаешь, развивались события в наших двух случаях? — Настя хотела, чтобы Люся рассуждала вслух, ибо так легче отыскать тропинку к истине.
— Да очень просто! Любочка Мерлужина решила покончить с собой, но поняла, что одного желания мало. Необходима еще смелость, а со смелостью у нее были проблемы. Каким-то образом, каким — мы можем только гадать, она выходит на фирму «КЛС», за фасадом которой действует настоящее тайное общество. — Люся налила себе еще одну рюмочку и опрокинула ее в рот с такой сноровкой, будто была асом в деле распивания спиртных напитков.
— Но Макар тоже как-то связан с «КЛС»! — тут же напомнила ей Настя. — Ранним утром на его даче шарили служащие этой компании. Заметь, с его согласия.
— Всему можно найти объяснение, — Люся отринула ее возражения.
— Ну, найди, — уперлась та.
— Допустим, Макар что-нибудь подозревал. Может быть, он слышал, как его жена упоминала этот «КЛС».
Он просто позвонил в их офис и сказал, что ему нужно помочь найти важную бумагу. Ты же не знаешь точно, какие дополнительные услуги, кроме уборки, там оказывают.
— Но зачем он их вызвал?
— Может, хотел приглядеться? Макар волновался за жену. И когда узнал, что все-таки опоздал, впал в депрессию. Из-за этого с ним и произошел несчастный случай.
— А как же предсмертная записка? — спросила мучимая сомнениями Настя.
— Любочка написала ее для того, чтобы никого из членов клуба не заподозрили, если вдруг что. Для членов «Клуба самоубийц» это страховка. И поскольку записка подлинная, милиция никого не обвиняет.
— А Инга? — продолжала допытываться Настя. — С ней как быть?
— Да все то же самое! Ты сказала, что недавно застрелили ее молодого, богатого, а потому наверняка любимого мужа. Она поняла, что жизнь без него безрадостна, и решила уйти из жизни. Вероятно, она была пуглива, как и Любочка. Как и тысячи других женщин.
И обратилась в «Клуб самоубийц». Тут все сразу становится на свои места! Смотри: ты вот думала, как мог Аврунин послать ее писать предсмертную записку, а потом назначить свидание? Он назначил ей свидание для того, чтобы убить! Убить по ее просьбе. Ты понимаешь, как все хитро провернули? И предварительно встречались они тайно, ночью, чтобы не было свидетелей.
— А почему Аврунин говорил Ясюкевичу, что почва унавожена? — прицепилась Настя. — Как это интерпретировать?
— Не знаю. Мало ли! Зато он еще сказал: у нее отличный мотив. Как мы уже и говорили, для членов клуба это важно. Меньше шансов на то, что начнется расследование.
— Мне не нравится, что, выстроив версию, ты укладываешь в нее те факты, которые туда влезают без труда, а те, которые не укладываются, просто игнорируешь. Вот что такое: «почва унавожена»? Ты не можешь объяснить!
— Но мы же просто строим предположения! — оскорбилась Люся. — А у тебя есть какая-то другая идея?
— Есть, — кивнула Настя. — В наше сумасшедшее время «Клуб самоубийц» выглядит как-то неестественно. Надуманно. Ты не находишь?
— Ну, мало ли… — промямлила Люся и налила еще по рюмочке коньяка.
Настя схватила свою и погрела ее в ладонях.
— В нашем обществе может быть создан какой-нибудь бандитский клуб. Это да! А твоя версия хоть и отвечает на некоторые вопросы, но настолько далека от жизни, что это даже не смешно.
— Да ладно! — расхорохорилась Люся. — Сейчас люди какими только способами деньги не зарабатывают! Одна моя знакомая женит хомяков и торгует потомством. Тебе бы пришло такое в голову?
— В детстве у меня был хомяк, он скрестился с мышью, и они со всем выводком решили жить в моем террариуме, — с отвращением сказала Настя. — Нет, я бы не смогла.
— Поэтому ты теперь безработная, — констатировала жестокая Люся. — Ну, и какова же твоя версия?
— Я думаю, под вывеской «КЛС» скрывается настоящая киллерская контора. Вот это по-нашему, по-российски! По крайней мере, похоже на правду. Там нанимают убийц, чтобы разделываться с неугодными людьми.
— И кто же кого нанял в наших двух случаях? — хмыкнула Люся.
— Не знаю. Может быть, бедные родственники решили завладеть наследством богатых родственников и заказали их? Смотри: Макар был адвокатом и отнюдь де бедствовал. И муж Инги Харузиной занимался бизнесом. У Мерлужиных детей не было, и, похоже, у Инги с ее мужем тоже. Хотя точно я не знаю. Две супружеские пары подряд — вряд ли просто совпадение. Надо над этим хорошенько подумать. И вообще: киллерская контора нравится мне гораздо больше, чем «Клуб самоубийц». Здесь больше правды жизни.
— Но при чем здесь ты?
