– Не сомневайтесь, Ваша Светлость, мы немедленно приступим к делу и всё успеем. Но я надеялся обсудить с вами ваши полные малый и большой гардеробы, о которых упоминал граф. Также Его Светлость изволили намекнуть, что я смогу рассчитывать на вашу поддержку в общении с принцессами Шендарскими, – благоговейно произнес метр. – Я так счастлив, что Император доверил мне самое дорогое, что у него есть, – мэтр чуть не прослезился от чувств.
А Катарина, которая сильно сомневалась, что чей бы то ни было гардероб может быть самым дорогим для Императора, поняла, что пора брать инициативу в свои руки.
– Предстоит огромная работа, необходимо закупить ткани, переговорить с ювелирами, нанять дополнительно людей, – между тем щебетал Антрафэ, – и я уже сейчас вижу, как вы, Ваша Светлость, будете блистать в моих потрясающих платьях.
– Непременно, мэтр, непременно. Так что, приступим?
– Конечно, графиня, – Антрафэ засуетился. – Девочки, быстро! Быстро несите лесенку, будем снимать мерки. Лина, скорее давай книгу готовых платьев.
Ну-с, прошу вас, Ваша Светлость, – Кутюрье любезно подал руку Катарине и помог ей подняться на две ступеньки низкой импровизированной лесенки.
– Будьте добры, снимите халат, – Катарина легко скинула халат и осталась в нижнем белье, благо уже успела его надеть, разобрав свой чемодан. А глаза мэтра между тем полезли на лоб.
– О, какая тонкая работа! Откуда такое невероятное нижнее белье?
Хм, хм… Ну-ка, ну-ка, – мэтр подскочил к Катарине и начал осматривать детали её бюстгальтера. Без всякого стеснения потрогал ткань трусиков на бедре, удовлетворенно поцокал языком. - Ох, этот строгий стиль магов, чувствуется их почерк, – Антрафэ аж восторженно зажмурился, – Да-а-а… Узнаю свойственную ему лаконичность и функциональность, – бормотал мэтр.
– Так, так, так… О Вартээль, а ткань-то какая! Да она тянется! – восхищенно причитал кутюрье… – А вышивка! О-о-о-о! Остэльские умельцы знамениты на весь мир своим бельём, но на такое просто не способны. Никто из людей не способен. Какая магическая работа… Позвольте, мадам, я рассмотрю, как крепится верхняя часть лифа?
Катарина повернулась и остановила решительным жестом увлеченного портного.
– Погодите, мэтр. Если вас настолько заинтересовало моё бельё, я с удовольствием предоставлю вам для исследования пару комплектов. И, если вдруг модному дому «Парэльский бриз» удастся повторить эти модели, я буду бесконечно счастлива.
– О графиня! – Мэтр глубоко поклонился и прижал руку к сердцу. – Я не смел и мечтать попросить вас о такой невероятной милости! Поистине сегодня счастливейший день в моей жизни!!! Поверьте, если мне удастся повторить этот шедевр, все в империи будут счастливы! И женщины, и мужчины, и даже Император Густав, не только я!
– Ну, женщины и мужчины – это я понимаю, – лукаво улыбнулась графиня. – А Император причем?
– Ну как же! Это же золотое дно! Это такие прибыли, приток средств в казну. Другие маги не спешат делиться с нами своими секретами, и вдвойне ценно, что вы, аэ, оказались настолько сопереживающей к нуждам простых людей.
– Не прибедняйтесь, мэтр. О вас отзываются как о Магистре магии в мире моды. Говорят, что ваши работы поистине волшебны и оказывают буквально воскрешающий эффект!
Антрафэ аж затаил дыхание, восторженно внимая витиеватым словам графини. Он бережно укладывал их на самое дно своей души, сердца и памяти. Не забывая, впрочем, прикидывать, как именно и кем конкретно уже завтра эти слова будут передаваться при дворе из уст в уста.
– Льстят, графиня, беззастенчиво льстят, я лишь презренный человек на службе у красоты, не дали мне боги магического дара, – грустно улыбнулся кутюрье.
– Я уверена, что с вашим талантом, с присущим вам творческим гением и мастерством у вас всё получится! А пока я с нетерпением жду счастливого момента, когда же и у меня появятся платья вашей работы, – Катрина мягко опустила мэтра с неба на землю.
Антрафэ очнулся и приступил к созиданию с утроенным рвением.
– Так, девочки, быстро снимаем мерки. Сию секунду, графиня! Мы выберем идеальные модели, которые будут смотреться на вас просто изумительно.
И если вы их наденете, то окажете великую честь нашему модному Дому. Но должен вас предупредить, что все дамы высшего света одеваются у меня и заказывают платья исключительно с условием индивидуального пошива и с неповторимыми деталями. Не уроните ли вы своей чести, надевая готовые платья?
Катарина недоумевающе взглянула на портного.
– Что же это за честь такая, мэтр Антрафе, которую можно так легко уронить, надев не то платье? Во что бы ни оделась знатная дама, она не перестанет ею быть. Честь не в одежде, а в безукоризненном поведении, в чувстве собственного достоинства, которое несет, невзирая на обстоятельства, человек, преданный государству и заветам своего рода.
