— Они направляются прямо ко второму ряду мин, — спокойно отметила она, прекращая вращение и выдвигаясь на позицию между кораблями Грызунов и Шенектади.
Из громкоговорителя раздался сигнал.
— Легкий крейсер радирует свое название — «Немезида». Они пытаются связаться с нами, — сообщил я.
Хиро с Бобром уже сидели в противоперегрузочных креслах; Баки возился с ремнями, пытаясь пристегнуться, а Хиро сполз на краешек сиденья.
— Мичман, установите видеосвязь и, если можете, дайте полный обзор. Доктор Бобр, приготовиться.
— Извините, сэр, на таком расстоянии действует только аудиосвязь, сообщение передается с задержкой в одну секунду. — Я включил передатчик. — «Немезида», с вами говорит судно конфедеративных сил космофлота «Туфля Рустама».
Эскадра замедлила ход. «Немезида» отозвалась:
— «Туфля Рустама», это Чивс. Доктор Бобр, случайно, не присутствует на борту вашего корабля? Если да, то можно ли с ним поговорить?
— Точно, это голос Чивса! — воскликнул Хиро. Он взял прикрепленный к сиденью маленький микрофон и заговорил в него: — Чивс, это капитан Хиро, с борта «Туфли Рустама». Доктор Бобр находится здесь. Говорите, доктор.
— Чивс, какая приятная неожиданность. Я уже оставил надежду когда-нибудь услышать тебя, — поздоровался Баки.
— Рад, что могу переговорить с вами, сэр. Я боялся, что у меня не будет такой возможности, — ответил Чивс.
— Как там у вас дела? — спросил Бобр.
На этот вопрос и я бы смог ответить. Три ведущих корабля медленно приближались к нам, оставляя грузовик позади, вне пределов досягаемости. Катарина легонько подтолкнула меня локтем, и, поняв намек, я включил интерком, чтобы всем на корабле было слышно.
— Сэр, я крайне сожалею, но к моменту моего прибытия ваш грозный отец уже принял августейшее императорское решение, и, хоть я и пытался, как мог, отговорить его, он отказался изменить его. — объяснил Чивс. — Как вам известно, ваш полубрат Адольф был любимым отпрыском вашего отца, и безвременная кончина сына потрясла безутешного отца до глубины души. Ваш грозный отец пребывает в беспросветной печали.
— Да-да, Чивс, — вздохнул Баки.
— Сэр, он пожелал, чтобы я отправился в эту экспедицию в качестве советника вашего полубрата Генхиса, и я с тяжелым сердцем вынужден был подчиниться. Я сообщил вашему полубрату о плачевном состоянии судна, на котором вы находитесь, и неподобающе малом количестве состава. Я искренне надеюсь, что не причиню вам неудобств. Вы можете каким-нибудь образом покинуть «Туфлю Рустама» до того, как корабль уничтожат?
— Ты переметнулся, мяк несчастный! — вскричал Гарри.
Баки поджал губы.
— Прошу прощения, это частная беседа, — произнес он ледяным тоном.
— Отставить, мистер Халси, — приказал Хиро. — Продолжайте, пожалуйста, доктор.
— Послушай-ка, Чивс, — попробовал урезонить его Баки. — Эти люди — мои друзья. Я вызвался их сопровождать. И ты полагаешь, что я отвернусь от друзей и покину их в беде?
— Разумеется, нет, сэр. Я просто предположил, что вы, наверное, сочтете возможным более широко посмотреть на этот конфликт.
— Я, как всегда, ценю твою заботу о моем благополучии, Чивс, но я решительно не понимаю, как смогу в такой час оставить друга Кена и друга Катарину, и посему я остаюсь, что бы ни случилось.
— Этого-то я и боялся, сэр. Мне нелегко об этом говорить, но я надеялся целиком и полностью объяснить вам свое поведение, а теперь мне, по-видимому, такой возможности не представится. Позвольте мне лишь сказать, как глубоко я об этом сожалею.
— В этом нет необходимости, Чивс. Я уверен, что ты действовал из самых достойных побуждений. Как говорит Баки: «Друзьям своим нужно доверять».
— Благодарю вас, сэр. Я глубоко тронут вашим доверием. Однако боюсь, что теперь вынужден с вами попрощаться, ибо командир корабля, капитан фон Тирпитц, сообщает мне, что наступила минута вашей гибели, и желает поговорить с вами от имени вашего полубрата Генхиса. Прощайте, сэр.
— Та-та-та, Чивс, — проговорил Баки, вытирая платочком слезы.
В разговор вмешалась Катарина:
— Минуточку, Чивс, — а как же деньги?
— Очень сожалею, что вынужден подождать с имеющимися у меня объяснениями до подходящего момента, — ушел от ответа Чивс. — Капитан фон Тирпитц желает говорить.
— Жалкие гуманоиды, приготовьтесь к смерти! — воскликнул чей-то визгливый голос.
Почему-то не очень ожидаешь услышать столь напыщенные слова, когда тебя загнали в угол и собираются поджарить. Я хихикнул.
Чувство юмора отсутствовало у фон Тирпитца полностью и безнадежно. С «Немезиды» донеслось продолжительное пищание.
— Ну и ну! — восхитился Баки. — Какие выражения!
— Мичман, пожалуйста, — с легким упреком произнес Хиро. Затем он обратился к фон Тирпитцу: — «Немезида», судно, с которым вы разговариваете, — вооруженный боевой корабль конфедеративных сил. Если хотите что-то сказать, говорите. Если нет, не обижайтесь, когда вас обстреляют и уничтожат.
