— Мартини, мичман, мартини. Естественно, должным образом охлажденное. Единственный цивилизованный напиток в мире, — мечтательно проговорил Хиро, щелкая пальцами. — Официантка! Повторить всем четверым, пожалуйста. Я все время забываю, что вы не учились в Академии, мичман. Ну, в этом нет ничего плохого. Некоторые мои лучшие друзья никогда не учились в Академии. Да и моя жена никакого отношения к Академии не имеет! — Он посмотрел на часы. — Бобр должен появиться в любую минуту. Я приглашал его к шести пятнадцати. Почему бы вам, молодежи, не поболтать тут, пока я схожу проветрюсь. Передайте привет доктору Бобру, если он появится раньше, чем я вернусь. — И он вышел.
— Он всегда такой? — осведомился я.
— Когда не приходит в волнение — да, — ухмыльнулась Пайпер. — Я понимаю, вам трудно будет найти заработок. Здесь не такой уж избыток кораблей. Вы здесь раньше уже бывали?
— Это мой третий рейс сюда, так что я, можно сказать, уже местный житель, — сообщил я.
Она кивнула.
— Мир Шайлера не очень подходящее место для безработного космонавта. Катарина сказала, что вы остановились здесь, в «Атлантике». А где остальные ваши?
— Так, Аннали Макхью и Розали Дайкстра обосновались в «Гарцующем пони», там же и подрабатывают за стойкой. Вайма Джин Спунер несет стояночную вахту на корабле. Она сейчас где-то над нашими головами, читает дамские романы. Старшина Видерспун тоже где-то неподалеку, хотя, строго говоря, он не является членом нашего экипажа.
Клайд сейчас пил пиво наверху.
— Ну и наконец, двоих клиентов капитан Хиро только что оформил на жительство в тюрьму, — прибавила Катарина.
Пайпер улыбнулась и потерла подбородок.
— Кен, я все никак не могу вспомнить, вроде бы еще кто-то был у вас в экипаже?
— Элайн О'Дей, но один из местных полицейских судей упрятал ее в каталажку, когда мы останавливались здесь несколько недель назад.
— Элайн бежала из тюрьмы, — на полном серьезе поделилась новостью Катарина. — Писарь Банкер сказала мне об этом, когда я передавала доклад.
— А я-то все мечтал — не окажутся ли Бо-бо и Твердобокий с ней в одной камере. И решил, что им грозит романтическое свидание или же, наоборот, невероятно жестокое наказание. Как она сбежала?
— Обычным образом. Ее выпустили на работу. Как и все остальные, кого выпускают на работу, она не вернулась. Наверное, местные власти решили, что так дешевле, чем держать ее тюрьме и кормить при этом. Не думаю, чтобы ее с большой охотой искали.
— Рыба ищет, где глубже, а человек — где лучше. Вынужден согласиться и насчет кормежки. И в чем же проблема? — все еще ничего не понимая, спросил я.
— А, теперь я вспомнила, — воскликнула Пайпер. — Она поклялась поквитаться с вами и всем экипажем за то, что вы оставили ее за бортом.
— Как будто она предоставила нам выбор. Насколько она была вменяема? — поинтересовался я.
— Я слышала, что она порезала запястье и написала это кровью на стене, — хмыкнула Пайпер.
— Да, звучит весьма интригующе. У меня просто зародилось нехорошее подозрение — не оказали ли вы некоторое влияние на решение судьи, который вынес ей приговор, а, Катарина?
Катарина шаловливо улыбнулась:
— Чисто гипотетически, разве можно расценивать пятьсот долларов мелкими купюрами как влияние9
— Боже, нас обскакали. Хорошо, я ни о чем не спрашивал. Но чисто гипотетически, я и не думал, что отдел полицейских расследований практикует подобные вещи.
— Чисто гипотетически, я упомянула, что я из разведки и сотрудничаю с морской полицией. А в разведке мы привыкли выполнять поставленную задачу, а уж потом беспокоиться о деталях.
— Угу. А Элайн не могла почувствовать ваше влияние?
— Я обращалась к секретарю суда, что вряд ли могло оказать влияние на ее замечания в адрес судьи Османа. Но после приговора у нее могли появиться сильные подозрения, — признала Катарина. — Нам приходилось импровизировать.
Пайпер вытаращила глаза.
Вскоре после того, как капитан Хиро вернулся, официантка подвела к нашему столику две неуклюжие фигуры в полосатых костюмах. Впереди важно вышагивал доктор Бобр.
— Чивс, какая удача! Капитан Хиро и лейтенант Пайпер, как я рад вас видеть! Друг Кен, друг Катарина! Что за приятная неожиданность! — воскликнул он, щурясь в ярком свете.
Они низко поклонились и сели за стол напротив нас с Катариной. Хиро приподнялся и крикнул:
— Официантка! Две «Медовые Мэри», пожалуйста!
— Я еще не знал, когда беседовал с вами в прошлый раз, — продолжал Бобр, — что друг Катарина, как я понял, сотрудничает с нашим правительством по очень деликатному делу.
Чивс что-то прошептал ему на ухо.
— Похоже, у вас были неприятности с контрабандой запрещенных химических веществ, — покачал головой Бобр. — Как говорит Баки: «Предотвратить большую беду — дело, требующее крайней бдительности».
Катарина поймала мой взгляд и кивнула.
