- Я хотела попросить тебя... - начала нерешительно, впрочем, догадываясь об ответе. - На моей сумке сломался замок, а конспекты и прочую ерунду некуда складывать...
- Не проблема. Заедем и купим.
И почему меня не удивили его слова?
- Мэл! - обратилась я к своему парню и глубоко вздохнула. - Дай мне высказаться и не спорь, пожалуйста, ладно? Уважай мою точку зрения. Так вот, сегодня ты купишь сумку, а завтра я верну тебе потраченное. - Брови Мэла поползли вверх от изумления. Он хотел возразить, но моя ладонь накрыла его рот. - Я согласилась с обедом в кафе, с лекарствами и косметикой, но не могу принять большего, понимаешь? Не хочу смотреться присоской к твоим висорам. Между прочим, у меня есть свои.
Мэл внимательно выслушал взволнованную и путаную речь.
- Странно. Наличность имеется, а работаешь в архиве за мелочевку.
- Потому что деньги появились недавно... Перед приемом.
- Вот видишь, - обрадовался Мэл, - зря ты наговаривала на своего отца. Ничто человеческое ему не чуждо.
- Отец ни при чем... Он не дал ни висора... - выдавила я через силу. Трудно начинать, но нужно.
Лицо Мэла окаменело.
- Вот как? Тогда откуда денежки? От бескорыстного спонсора? - поинтересовался он спокойно, но в голосе засквозила знакомая ирония.
- Заработала! - огрызнулась я в ответ, и Мэл скептически хмыкнул. - Продала кое-что. Одну вещь.
- И, конечно же, не скажешь, что продала?
- Нет. Извини, не могу.
Мэл задумался, покусывая губу изнутри.
- И эти деньги... - начал он, принуждая меня закончить фразу.
- ... истрачены на прием. Правда, не все. Кое-что хранится в банке, - опустила глаза, стыдясь. Когда-то я обманула Мэла, уверив, что проблем с подготовкой к "Лицам года" не возникнет, и отец оплатит расходы.
Мэл тоже вспомнил тот разговор:
- Но ведь ты... - Он потер лоб, осознав истинное положение дел. - Получается, ты не сказала отцу о приглашении?
- Предупредила за пять минут до отъезда из общежития. Я не могла сказать ему, пойми! Он бы не допустил моего появления на "Лицах года"!
- Откуда ты знаешь? - хмыкнул с сомнением Мэл. - И моего отца считаешь монстром, и своего. Вдруг всё совсем не так, и у тебя мания преследования?
- Это не мания! - голос задрожал от необоснованного поклепа. - Когда у меня кончились деньги, он велел самостоятельно зарабатывать на жизнь, чтобы ценить каждый висор, и приказал до марта не соваться с просьбами! А что я умею?
Мэл не выдержал: подвинулся и притянул к себе.
- Тише, тише, успокойся. Ты храбрая девочка. Не представляю, как смогла выжить на архивную мелочевку.
- В-вообрази... Позвонила бы ему... П-порадовала... "Папуля, меня пригласили на "Лица года"... - полилось из меня сбивчиво. - И он, не задумываясь, упек меня в психушку... Если бы не прием, я не стала бы ни во что ввязываться! К тому же Стопятнадцатый включил меня в льготную программу для сотрудников института.
- Ладно, - протянул задумчиво Мэл. - Стало быть, ты отправила отца лесом. Или полем. А почему не сказала мне, что нужны деньги?
- Потому что. Занять десять тысяч - не шутка. Я бы не вернула их до конца жизни.
- Сколько?! Всего десять?! - переспросил он удивленно. - Ну-у... это большая сумма... в сравнении со ставкой в архиве.... Итак, что имеем? Твой отец денег не давал, но на приеме ты появилась. Закономерно, что сейчас он в раздумьях, где его дочь достала шиши, так?
- Так, - согласилась с неохотой. Мэл быстро выстроил верную логическую цепочку и вскоре должен был задать закономерный вопрос, которого я боялась.
- И как объяснишь, когда отец спросит: "Откуда деньги"?
- Не знаю. Он сказал, что если я бездарная... то... могу торговать собой! - выпалила и отвернулась.
В салоне повисла тишина.
- Ну... ведь твой отец неспроста сказал это, - ответил сипло Мэл через некоторое время и прочистил горло. - Не понимаю, зачем? Если бы ты... последовала его совету, то просочились бы слухи, и его карьере однозначно пришел конец.
- Отец прочитал протоколы допросов после пожара в столовой. Хотел выяснить, не спалилась ли я перед первоотдельщиками, а заодно узнал, что его дочь провела ночь в одной кровати с братом пострадавшего. Ну, и разъярился.
Мэл не ответил. Он долго молчал, а я боялась обернуться и возила пальцем по двери. Чуть не протерла обшивку до дыры, когда за спиной раздался короткий смешок.
- Вот так воспитатель! - заключил Мэл, почему-то не став возвращаться к вопросу о совместной ночевке с Капой и о том, выполняла ли я рекомендации отца по способам выживания. - Ну, какая из тебя продажная стерва? Ты же бодаешься со мной из-за каждого висора и пытаешься всучить деньги после каждой покупки. И твой отец тоже знал, что не сможешь... и слава богу! Он разозлился, как пить дать. Так бы и сказал, мол, выкручивайся, как сумеешь, но зачем унижать?
- Потому что так было всегда, - отозвалась я хмуро.
- Ох, Эва! - снова притянул меня Мэл. - Ты кладезь сюрпризов.
- Плохих или хороших? - пробурчала я, устраиваясь поудобнее, и наши пальцы переплелись.
