Ага, «не помню». На месте Мэла я бы каждый день протирала и пересчитывала медальки или то, чем здесь награждают призеров. Не представляя толком цель мероприятия, тем не менее, зауважала Мелёшина и с гордостью позыркала по сторонам: все видят, что меня обнимает неоднократный победитель цукисты?
— А ноги не устанут?
— Нет. Самое большее, длится час, но это бывает редко. Сегодня всего семь участников, поэтому приличный банк.
Ну, конечно, Мэл приехал сделать ставку, как я могла позабыть?
— Точно не мерзнешь? — сунулся теплым носом мне в ухо.
— Нет. Варежки не требуются, нос не отвалился — значит, не мерзну.
— Стой здесь и никуда не уходи. Сейчас быстренько сбегаю и вернусь, ладно?
— Хорошо, — пробурчала я. Смешное указание. Куда денусь в незнакомой толчее, вдобавок на морозе?
Мелёшин исчез среди зрителей и двинулся по направлению к кругу. Ясно, делать ставку на Дэна. Я следила за перемещениями Мэла с помощью бинокля — серая шапочка то появлялась, то исчезала между головами.
Когда руки устали держать тяжеленную штуковину, опустила ее, пусть немножко повисит и пооттягивает шею. Мелёшин выбрал удачный наблюдательный пункт: впереди никто не загораживал обзор и сзади никто не нависал, гогоча и обмениваясь впечатлениями. Неподалеку стояла небольшая компания парней и девушек. Одна из них, в красивом зимнем костюмчике, показала на меня своей подружке и что-то сказала.
Вокруг веселятся дружные компании, а Мэл бросил меня в одиночестве, отдав предпочтение какой-то паршивой ставке, — подумала я с внезапной горечью и, чтобы не расстроиться еще больше, посмотрела в небо. На индиговой ткани проступили, разгораясь, мелкие звездочки-точки. В городе подобной красоты не увидишь, в крайнем случае, жиденький кусочек в просвете зданий. Здесь же, в удалении от мегаполиса, безбрежное пространство, нависая, словно собиралось придавить своим величием весь мир. По сравнению с холодной вечной пустотой проблемы рода человеческого показались мелочным и никчемным копошением.
Что-то понесло меня в тягостные раздумья, так недолго и самобичеванием заняться. Переключившись, я снова взяла бинокль и вернулась к просмотру поляны. Несмотря на всеобщее возбуждение, у меня не получилось заразиться атмосферой мероприятия, и я чувствовала себя чужой на этом празднике жизни.
Мимо прошла компания парней и девушек, успевших согреться горячительным. Парни пошатывались и вели себя чересчур шумно, пихаясь и смеясь. Один из них, разбуянившись, невзначай толкнул меня в спину, и я едва удержалась на ногах.
— Ой, извините, — сказал виновник. — Не з-заметил, — раскланялся шутливо.
— Ничего страшного, — отошла я в сторону, пропуская веселую толпу.
— Двигай с нами, — предложил другой парень. — Зачем топтаться в углу? Пошли вместе, — потянул меня за собой.
— Нет, спасибо, — вывернулась и поняла, что он не отвяжется. Где же Мелёшин, нужный как никогда? — Ты иди, а я попозже приду.
Компания удалилась вперед, а подвыпивший парень застопорился.
— Точно придешь? — уточнил, покачиваясь.
— Точно-точно.
— Ну, смотри у меня, — стукнул по спине. — Жду. Тс-с, — приложил палец к губам и двинулся догонять остальных.
Фух, — выдохнула я облегчением. На всякий случай переместилась ближе к соснам, прячась от разнуздавшейся толпы, и переведя дух, поняла, что начинаю замерзать. То ли потому что ушла со своего места, то ли парень спутал заклинание, размахивая руками, но я вдруг почувствовала, как прихватило нос, и застывают руки. Меня зазнобило.
Засунула руки в карманы, чтобы унять дрожь, а потом надела варежки. Посмотрела по сторонам: никому я не нужна, в том числе и Мэлу, ринувшемуся за долгожданной ставкой. Что же делать? Незаметно примерзать к дереву?
Потоптавшись, я приняла решение. Расталкивая кучкующийся народ, двинулась к единственному доступному источнику тепла — кострам, горящим на поляне. Меня окликали, со мной хотели познакомиться, а Мелёшин исчез, попросту пропал, делая свою ненаглядную ставку. Ненавижу его.
Пробившись к краю круга, я протянула к огню озябшие руки. Выяснилось, что у костров собралось немало желающих погреться, и можно облегченно выдохнуть, не выделяясь белой вороной среди полчища висоратов. Наверное, поддерживать теплый колпак над головой не каждому под силу.
У яркого огня я постепенно отогревалась и, вдыхая запах потрескивающего костра, смотрела на отлетавшие искры. Пахло приятно, как во снах, в которых среди свежепобеленных деревьев тлел костерок из прошлогодних листьев.
Куда пропал Мэл, и когда начнется обещанное цуккини?
Словно отвечая на мой вопрос, глаза выхватили на противоположной стороне парня, похожего на Мелёшина. Он беседовал о чем-то с девушкой, черные кудри которой выбивались из-под шапочки. Девушка весело рассмеялась, двойник Мэла тоже. Занятый разговором, он не спешил бежать и проверять, жива я или заледенела под сосной.
На всякий случай — вдруг обозналась — направила бинокль на него. Так и есть, Мелёшин стоял вполоборота и трепался, не отвлекаясь на мелочи в виде забытой меня. Правильно, зачем тратить время по пустякам, коли срочно зачесался язык.
