Мы дождались, пока Лера покинет дом, и сразу же приступили к подготовке гипнотических манипуляций. Макс заставил меня принять расслабляющую ванну, к моему разочарованию, не присоединившись ко мне. Затем сделал массаж всего моего тела, заставив меня уснуть от удовольствия.
Теперь он усадил меня в удобное кресло и старался расслабить приятным непринужденным разговором, выспрашивая о моих ощущениях.
— Если честно, жутко клонит в сон.
— Хорошо. Закрой глаза и отдыхай.
— Ладно.
— Ты мне доверяешь?
— Больше, чем кому-либо.
— Я хочу помочь тебе.
— Я знаю.
— Итак, сейчас ты расслабишься, будешь чувствовать себя немного сонной. Позволь своему сознанию быть пассивным, следить за действиями, происходящими здесь и сейчас. Не напрягайся. Если не получится, ничего страшного.
— Хорошо.
— Твое тело расслабляется, тяжелеет голова, веки наливаются, точно свинцом, мимические мышцы расслабляются, глаза, веки, нос, уши, губы расслабляются, кожа головы, каждая волосяная луковица отдыхает, плечи расслабляются и расправляются. Грудная клетка, ключицы, шея, грудь – все становится тяжелым и расслабленным, стремится вниз к земле. Лопатки, позвоночник, поясница, живот, бедра… — боже, его сексуальный хриплый голос проникал в каждую клеточку мозга и тела, заставляя испытывать настоящую нирвану.
— Проснись, Кира.
Казалось, что моя бренная оболочка налилась свинцом и слишком много весит, было невозможно двинуть даже рукой. Происходило что-то непонятное. Я, наверное, просто устала.
— Вставай. Осталось еще немного, — сказал незнакомый мелодичный женский голос.
Кто это? Я должна была это увидеть. С трудом я смогла разлепить веки, глаза мои горели, словно по ним ударял очень яркий специально направленный свет. Больно. Изображение вокруг размыто.
— Сейчас станет легче, дорогая.
Я знала этот голос. Грудь пронзила боль и страх, что я не смогу рассмотреть эту женщину.
— Мама? – мои губы еле разлепились, избавляясь от громоздкого груза, сковавшего рот.
Зрение уже немного прояснилось, но до сих пор я могла лицезреть только контуры и размытые цвета.
— Это я, милая. В первый раз всегда так. Но у тебя все получилось.
— Что получилось?
— Ты сделала это! Сформировала чистую энергию. Пока немного, но если будешь прилежно заниматься, у тебя все получится.
— Я не понимаю.
Протянув руку, чтобы коснуться мамы, образ которой усердно пыталась разглядеть, я почувствовала ее теплую нежную ладонь.
— Все в твоем сердце и в твоей голове. А сейчас ты должна проснуться.
— Но я хочу остаться с тобой.
— Просыпайся скорее.
— Но…
Я старалась быстрее сфокусировать взгляд, но он так медленно прояснялся. Я напрягла все силы, и схватила руку женщины крепче, ощущая, что она ускользает от меня.
— Ты должна проснуться. Макс в опасности.
— Откуда ты про него знаешь, — я ошарашенно смотрела на нее, в один момент осознав, что вижу ее прекрасную широкую улыбку. Мама склонилась надо мной и поцеловала в лоб. Когда она отстранилась, я увидела большие зеленые глаза, точь-в-точь повторявшие мои, и светившиеся любовью. Золотые локоны обрамляли лицо, ниспадая вниз по плечам. С ужасом я наблюдала, как образ ее начал рассеиваться, разделяясь на миллионы частиц.
— Проснись, Кира, — ворвался напряженный голос Макса.
Он что-то просил меня взволнованным голосом. Я хотела бы помочь, но не понимала значение его слов.
Прохлада, сначала приятная, обволокла меня, но через несколько мгновений переросла в пронзительный холод, охвативший в первую очередь конечности и постепенно заполнявший все тело. Я почувствовала давление в области лопаток и под коленями, затем меня встряхнуло. К моей голове и боку прижалось что-то теплое. Я услышала релаксирующий стук сердца, и меня снова охватила приятная дрема. Макс. Как замечательно, что он всегда рядом.
— Дерьмо. Да что ж такое?! Кира, просыпайся!
С трудом приоткрыв глаза, я обнаружила над собой обеспокоенное лицо моего любимого. Волосы его были взлохмачены, а взгляд беспокойно метался с меня на окружающее пространство, будто он опасался чего-то или искал что-то. Весь его вид был напряженным и готовым к неприятностям. Вернее, вся его мимика, все его жесты сигнализировали, что мы уже в неприятностях по уши.
— Что… что случилось? – я протянула к нему руки и положила их ему на шею.
— Вставай. Мы на открытой местности. Надо двигаться.
— Где мы? – я ошарашенно осмотрелась, и окончательно поняла, что объятиями нашу проблему не решить.
— Шевелись. Я сам не знаю.
Я приняла вертикальное положение и огляделась внимательнее. Конечно, я многое повидала за последнее время и оказывалась в самых неожиданных местах, но это…
Вокруг было все слишком сумрачно, и этот полумрак тянулся до горизонта. Будто некто взял и выкрутил насыщенность в минус до предела. Преобладали серые, темные унылые тона. Выглядело окружение, как скалистая пустыня. Под ногами у меня хрустел черный песок. Но самым поражающим и ужасающим открытием являлось небо. Огромное космическое тело, предположительно, планета или шарообразный астероид, возвышалось над нами, закрыв половину небосвода.
