Избегая смотреть ему в глаза, я осторожно отодвинула его руки и обошла парня, направляясь к выходу из дома.
— Хорошо, босс, — услышала я его хохот сзади и улыбнулась.
Несколько часов мы потратили, сооружая между тарелками на крыше укрытие. Орудуя инструментами, найденными в шкафу, методом рычага мы выломали некоторые доски из стен дома. Сняли двери с петель, чтобы закрепить их на крыше, на манер щитов. Очень хлипких, надо сказать, щитов, потому что, казалось, эти доски монстры пробьют с одного удара. Поэтому, оценив, мы сделали двойные деревянные ограждения, воспользовавшись еще частью материалов из постройки.
Расстелив тот самый плед, который Макс захватил с собой на крышу небоскреба, мы, уставшие, рухнули на него и разделили свои последние запасы. Впечатляющий вид с вершины горы потрясал воображение, привнося эстетическое наслаждение. Солнце уже клонилось к горизонту, но по-прежнему радовало ярким тропическим светом. Морской бриз обдувал наши утомленные тела, даруя божественное блаженство, какое можно почувствовать, только обрушившись на мягкую перину после долгой и тяжелой физической работы.
Вся эта красота кругом создавала бы романтическую атмосферу, если не вспоминать, как мы здесь оказались, и что потом последует.
— Пора остановиться, пока мы не разобрали дом, — усмехнулся Макс. — По-моему, достаточно.
— Сделали все, что могли, — подтвердила я.
— Интересно, а в нашей реальности сюда кто-нибудь придет и обнаружит дом в этом состоянии или исходном?
— Не знаю, Макс.
— Не грусти, а то будут морщины.
— Я бы хотела.
— Морщины?
Я с укором повернулась и посмотрела в его смеющееся лицо.
— А что? Когда-нибудь они у тебя появятся. У нас к тому моменту будут три ребенка, дом и собака.
— Три? – я слабо улыбнулась.
Меня терзал страх за него. Я сама понимала, что он пытался подбодрить, но ничего не могла с собой поделать. Вскочив, я направилась к дому, чтобы Макс не увидел слезы, наворачивавшиеся на глаза. Он догнал меня и повернул к себе.
— Тебя напугало мое желание иметь троих детей?
— Нет. Хотя по поводу этого мы еще поговорим, — постаралась я отшутиться.
— Я только что наблюдал твою улыбку, ты любовалась природой. А сейчас опять мрачная. Улыбнись. Прекрасный вид, ты и я, что еще нужно?
— Ты не должен тут быть.
— Я думал, мы договорились. Я там, где ты. Всегда.
Он завладел обоими моими запястьями, положил их на свой пояс, таким образом, притянув меня к себе, и обнял за плечи.
— Все будет хорошо. Верь мне.
— Я хочу, — прижалась я головой к его ключице.
— Мы выберемся.
Он обхватил ладонями мое лицо и поднял его, поглаживая скулы большими пальцами. Макс смотрел на меня своими проникновенными синими глазами, зрачки которых расширялись в этот момент, лишая меня возможности говорить и мыслить здраво. Моя голова закружилась, в периферии зрения будто образовалось виньетирование, закрывшее весь остальной мир и оставившее меня наедине с ним одним. От нахлынувших чувств, от любви, от желания быть с ним всегда, от жажды раствориться в эйфории тактильно – ментальных ощущений, но также и от страха потерять его я вцепилась в него изо всех сил. Все это многообразие эмоций ударило по мне и подкосило мои ноги. Максу пришлось подхватить меня одной рукой за талию и прижать к себе еще плотнее.
— Максим… — попыталась я вернуть нас к реальности, но голос мой был до невыносимости томный, грудной и звучал, как приглашение. На него он сразу и откликнулся, заглушив мои слова своим нежным, постепенно проникающим, поцелуем. Руки его переместились мне на спину, внезапно оказавшись под майкой, исследуя каждый сантиметр, начиная с поясницы и прокладывая себе путь к лопаткам и плечам. Мои, зажатые между нами, руки сами собой очутились на его теле, поглаживая выпиравшие твердые мышцы груди, и последовательно проследовали вниз по кубикам пресса, сводившим меня с ума.
Его губы, тем временем, усилили напор, принуждая меня окончательно запрокинуть голову назад, вместе с последними здравыми мыслями. Он накрыл меня всем своим большим телом, вжимая в стену дома. Через тонкий материал штанов я ощутила его руку на своем бедре, плавно передвинувшуюся к ягодицам. Волна желания пронеслась по моему телу, вызывая внизу живота приятную тяжесть.
В следующую секунду Макс поднял меня и бережно уложил на плед. Он опустился сверху, опираясь руками по бокам от моего тела, и окинул взглядом потемневших глаз.
— Я должен остановиться, — услышала я его хриплый низкий голос, не совсем понимая, утверждение это или вопрос.
