– Но если они вовлечены в ту историю, из-за которой убили твоего партнера, это может быть опасно.
– В меня стреляли, преследовали, угрожали… Я плясал с парнем по имени Псих и попал в тюрьму. И все это после знакомства с тобой, – добавил Кингман.
Мейс выглядела встревоженной.
– Что такое? – спросил Рой.
– Все это случилось, когда я была с тобой. А в «ДЛТ» ты поедешь один.
– Я – юрист, а значит, могу отговориться практически в любой ситуации.
– Дело в том, Рой, что эти люди не разговаривают. Они убивают.
– Спасибо, Бет, что смогли так поздно встретиться со мной. – Джарвис Бёрнс сел напротив Шефа в ее кабинете и огляделся. – Желаю вам провести здесь много продуктивных лет.
– Стараюсь, Джарвис, стараюсь… Что случилось? Ваш звонок был…
– Неинформативным? – подсказал Бёрнс. – Да, я не люблю говорить по телефону.
– АНБ вроде как не должно подслушивать телефонные разговоры американцев, и уж определенно – сотрудников американских спецслужб.
– Тем не менее предосторожностей слишком много не бывает… – Он откинулся на спинку стула, поднял свою больную ногу и положил ее на другую. – Мне не хотелось тратить ваше время, но, полагаю, я должен держать вас в курсе. – Помолчал, потом быстро произнес: – Агенты Рейгер и Хоуп мертвы.
Бет выпрямилась, ее взгляд стал пронзительным.
– Что за чертовщина случилась?
– Видимо, засада. Их избили, скорее даже пытали, а потом перерезали горло.
– Где это произошло?
– Точно не знаем. Судя по предварительному обследованию, их убили не там, где нашли. Мало крови и все такое. – Бёрнс постучал указательным пальцем по столу. – Их обнаружили в мусорном контейнере в Южной Александрии.
– В контейнере? Как Джейми Мелдона?
– Именно, но способ убийства другой. Нож против пули.
– Вы сказали, пытки?
– Сломанные кости, треснувшая грудина… Да, пытки.
– Возможно, это дружки Нейлора. Их главный сидит в тюрьме, ждет суда по обвинению в терроризме.
– Я прекрасно осведомлен о преступлениях Романа Нейлора.
– Дело в том, что я сказала Рейгеру и Хоупу: нас следовало посвятить в эти обстоятельства. Мы могли работать вместе и, возможно, взять этих подонков.
– Бет, об этом спрашивать не с меня. Черт, это даже не мое расследование. Меня отправили к вам, потому что мы организовывали вашу встречу с Рейгером и Хоупом. Вообще-то директор Доннелли настоял, чтобы я приехал и сообщил вам. Думаю, он в некотором роде чувствовал себя обязанным. Я толком не знал этих двоих, но они были правительственными агентами. И мы сделаем все, что в наших силах, лишь бы найти мерзавцев, которые их убили.
– Я могу чем-то помочь?
– Мы работаем с ФБР, но я узнаю, можно ли как-то подключить вас.
– Я готова и сделаю все, что смогу, Джарвис.
– Знаю – и, поверьте, я этого не забуду… – Бёрнс встал, собираясь уходить. – Бет, личный вопрос.
– Да?
– Это правда, что вашу сестру арестовали?
Она бесстрастно посмотрела на него.
– Откуда вы об этом узнали?
– Бет, я вас умоляю. Если мы не в состоянии отслеживать, что происходит у нас на заднем дворе, как мы сможем работать с иранцами или северными корейцами?
– Это было недоразумение. Ей не предъявляли обвинений. Она сказала, какие-то люди в машине… м-м-м… стреляли в нее.
– Стреляли в нее? Где это случилось?
– Тринидад, округ Колумбия.
– В Тринидаде? Когда?
– Посреди ночи.
– О’кей, – протянул Бёрнс, изумленно качая головой. – В том районе люди часто стреляют друг в друга, особенно в такое время.
– Ей следовало хорошо подумать.
– Зачем она вообще туда поехала?
– Она сказала, ей хотелось посмотреть на место, где ее похитили.
– Но зачем?
Бет вздохнула.
– Я думаю, сестра вбила себе в голову, что если найдет того, кто ее подставил, она сможет очистить свое досье и вернуться в полицию. Это все, чего она хочет, Джарвис. Снова стать копом.
– Разумеется, я желаю ей всяческих успехов, но это… ну это…
– Почти безнадежно? Да, она знает.
– А дело Толливер?
– Что с ним?
– Ложная пожарная тревога. В той юридической фирме.
Бет казалась озадаченной.
– Я не думала, что вас беспокоит такая ерунда.
– Обычно нет. Но у нас есть триггеры данных, Бет. Например, всплеск госпитализации людей с симптомами, напоминающими сибирскую язву, в сочетании с подозрительными данными с наших датчиков качества воздуха в метро. Поэтому убийство в юридической фирме в Джорджтауне, за которым следует ложная тревога в том же здании, тратящая заметные ресурсы чрезвычайных служб, вызывает у меня озабоченность. Летные уроки во Флориде, где начинающие пилоты не хотят учиться взлетать и приземляться?.. Задним числом все совершенно ясно, но до одиннадцатого сентября это казалось тривиальным, несущественным. Теперь я не могу воспринимать никакие события, большие или малые, как нечто само собой разумеющееся. Возможно, это происшествие в юридической фирме было какой-то диверсией.
– Диверсией? С какой целью?
– Мы можем не узнать, пока не станет слишком поздно. Бет, мне платят за то, чтобы я тревожился о любой головоломке. Поэтому у меня в желудке полно дыр, а волосы редеют с каждым днем… У вас есть какие-то зацепки насчет того, кто включил сигнализацию?
