– У меня с датами хреново, Рой. – Капитан рассмеялся. – И календаря мероприятий у меня нет.
– Хорошо, но как ты попал в здание? Ты же не вошел в переднюю дверь?
– Гаражный лифт. Прокрался через вестибюль. Выбрал удачное время. Разведка. Я был разведчиком в Наме. Чертовски хорошим разведчиком.
– А охранник?
– Он плохой охранник. Толстый, почти как я.
– Угу, я знаю. А потом ты поднялся по пожарной лестнице и зашел на четвертый этаж?
– Там тепло. И еда. Даже холодильник есть. И туалет. Давно не пользовался туалетом, почти забыл, как… Я только взял «Твинки», Рой, и инструменты. Богом клянусь.
– А откуда ты узнал, что там ведутся строительные работы?
– Слышал, как парни трепались насчет этого в обед.
– А инструменты?
– Только три бакса за них получил. Какой-то араб на улице. Спорю, этот сукин сын меня надул. Я могу дать им три бакса и сказать, что мы в расчете, – с надеждой добавил он.
– Вряд ли они согласятся.
– Это все из-за чертовых «Твинки», верно?
– Капитан, расскажи мне, что случилось в понедельник, около шести утра.
– Понедельник?.. – Капитан покачал головой. – Понедельник? – повторил он с отсутствующим взглядом, нахмурив лоб.
– В день перед тем, как я дал тебе кроссовки и купил еды.
– Ага, да.
– Ты был в здании?
– Ага, всегда в нем.
– Когда ты ушел?
– Я достал себе часы. – Он поднял руку и, оттянув рукав, показал их.
– Охранник приходит в шесть.
– Он плохой охранник. Ничего не слышит. Не потянул бы в Наме, – сказал Капитан и добавил весомо: – Его б убили.
– В вестибюле есть камера видеонаблюдения.
Бродяга тупо смотрел на него.
– Ты о ней не знал?
Капитан покачал головой.
– Она меня видела?
– Видимо, нет. Но вернемся к понедельнику. Ты видел в тот день кого-нибудь в здании?
Капитан снова покачал головой.
– Когда ты ушел?
– Рано.
– Покажи мне на своих часах.
Капитан замешкался, потом указал на шесть.
– О’кей, шесть часов. Кто-нибудь может за это поручиться? – продолжил Рой.
Его собеседник явно растерялся.
– Ты видел кого-нибудь, кто может подтвердить, что ты ушел в шесть? Может, ты говорил с кем-то сразу после выхода из здания?
– Нет, сэр, ничего такого, – беззаботным тоном произнес Капитан.
– Куда ты пошел?
– К реке. Сел на стенку и смотрел, как встает солнце. Люблю смотреть, как солнце встает. Не так холодно.
Рой достал из кармана фотографию Дианы Толливер и показал ее Капитану.
– Ты когда-нибудь видел эту женщину?
– Красивая женщина.
– Ты ее знаешь?
Капитан покачал головой.
– Ты видел ее в понедельник?
– Неа, но я пару раз видел, как она заходит в здание.
– Но не в тот понедельник?
– Нет, сэр.
– Ты слышал шум лифта? К тому времени ты как раз должен был собираться уходить.
– Я ничего не слышал. – Капитан вытер рукой нос. – Ты не знаешь, у них есть здесь какая-нибудь еда? Я здорово проголодался.
– Ладно, я выясню. Так ты уверен, что никого не видел, когда уходил?
– Вышел из гаража.
– И никакие машины не въезжали и не выезжали?
– Нет, сэр.
Рой глубоко вздохнул и чуть не поперхнулся. В замкнутом помещении «аромат» Капитана был невыносимым.
– Я просто драпанул оттуда. Я хорошо умею драпать.
Рой забрал блокнот и ручку и встал.
– Не сомневаюсь. Я схожу узнаю насчет еды для тебя.
– «Твинки», если у них есть. И кофе.
Договорившись о еде, Рой вышел из здания и позвонил Мейс.
– Как прошло? – спросила та.
– Пока самый привлекательный вариант защиты – на основании невменяемости, – ответил Рой и продолжил более резким тоном: – Ладно, я хочу знать насчет Уоткинса. Ты просто швырнула бомбу и…
– Рой, не по телефону. Давай встретимся попозже.
– А где ты?
– Еду начинать свою новую работу.
– Спасибо, что смогли так быстро со мной встретиться, – сказала Бет.
Она села напротив двоих мужчин в небольшом конференц-зале. Сэм Доннелли, директор Национальной разведки, был одет элегантно, как всегда. Джарвис Бёрнс, его правая рука, выглядел полной противоположностью Доннелли; его костюм, казалось, вытащили с самого низа чемодана после месячного путешествия. Дирекция Национальной разведки располагала офисами в самых разных местах. Сегодня Бет приехала в центр Вашингтона, неподалеку от штаб-квартиры Управления полиции, в непримечательное, даже заурядное здание. В этом и был смысл.
На входе ей выдали радиочастотный значок. Он был закодирован в соответствии с уровнем допуска Бет, очень высоким. Здесь, однако, недостаточно высоким. В каждой комнате, через которую она проходила, начинали пищать сигналы тревоги, загорались красные лампочки на потолке, а экраны компьютеров автоматически темнели, скрывая данные от посетителя.
– Всегда рад, Бет.
Доннелли крутил кольцо на пальце, а Бёрнс тер ногу.
– Становится хуже, Джарв? – спросила Перри, глядя на него.
– Никому не посоветую получить сначала пулю, а потом – удар штыком от слишком ловкого и равно безумного вьетконговского пехотинца. Мне хватило удачи убить его, а не наоборот. По крайней мере, ему не пришлось тридцать лет мучиться от жуткой боли.
– Врачи ничего не могут сделать?
