Пока Джесс разогревал две миски спагетти, Блу сидела на странной штуке, которая была одновременно столом и стулом. В тесной кухне Джесс выглядел настоящим великаном; вся мебель по сравнению с ним казалась кукольной. К стеклу над раковиной у него за спиной прижимался зловещий мрак. Блу радовалась, что оказалась в этом желтоватом оазисе. Она была не готова ехать домой в такую ночь, особенно теперь, в одиночестве. Ной исчез, и, честно говоря, Блу сомневалась, что хотела в обозримом времени увидеть его вновь.
Микроволновка пискнула. Поставив перед Блу миску, Джесс объяснил, что проклята не сама пещера, а что-то внутри.
– И эта штука убивает людей из рода Диттли, – сказала Блу, – и мучает моего друга.
– ТВОЕГО МЕРТВОГО ДРУГА, – поправил Джесс, садясь напротив за крохотный откидной столик. Зеркало лежало между ними, стеклом вниз.
– Он в этом не виноват. Почему вы не сказали, что видите его?
– Я И ПРО ТЕБЯ ЭТОГО НЕ СКАЗАЛ.
– Но я не мертвая, – заметила Блу.
– ЗАТО ОЧЕНЬ МЕЛКАЯ.
Та промолчала и принялась за спагетти. Было не супервкусно, но из вежливости следовало поесть.
– А что там такое в пещере?
– СПЯЩИЕ, – ответил Джесс.
Блу навострила уши.
– ПОД ЭТИМИ ГОРАМИ СПЯТ РАЗНЫЕ СУЩЕСТВА. НЕКОТОРЫМ ЛУЧШЕ БЫ НЕ ПРОСЫПАТЬСЯ.
– Правда?
Он кивнул.
– А почему?
Джесс продолжал поглощать спагетти.
– Только не говорите, что я пойму, когда вырасту. Я уже достаточно взрослая.
– ТЫ РАЗВЕ НЕ ВИДЕЛА СВОЕГО ПРИЯТЕЛЯ?
Видела. О, видела.
Со вздохом Джесс достал большой альбом с фотографиями – семейный альбом Диттли. Блу всегда казалось, что это приятно и интригующе – тайком бросить проницательный взгляд на чужое прошлое.
Она ошиблась. Это было очень скучно. Но из рассказов про дни рождения, которые проходили именно так, как ожидаешь, и про выезды на рыбалку, которые завершались, как положено, выплыла другая история: о семье, живущей неподалеку от пещеры, в которой спало нечто весьма беспокойное. Оно выглядывало из зеркал и из чужих глаз, шумело в динамиках, иногда заставляло детей сдирать обои со стен, а женщин – рвать на себе волосы. На протяжении очередного поколения этот беспокойный спящий становился все громче и громче, пока какой-нибудь Диттли не отправлялся в пещеру и не приносил себя в жертву тьме. Затем родные выносили его останки и наслаждались несколькими десятилетиями покоя и тишины.
А в альбоме снова появлялись фотографии членов семьи Диттли, строящих гараж.
– И вы должны стать следующим? – спросил Блу. – А кто примет вахту после вас?
– МОЙ СЫН, Я ТАК ДУМАЮ.
Блу умолчала о том, что не заметила в доме никаких следов присутствия иных людей. Но Джесс, видимо, догадался, поскольку добавил:
– ЖЕНА И ДЕТИ УЕХАЛИ ПЯТЬ ЛЕТ НАЗАД. НО ОНИ ВЕРНУТСЯ, КОГДА ПРОКЛЯТИЕ НАСЫТИТСЯ.
Блу так это напугало, что она съела все спагетти, даже не задумываясь о них.
– Я еще не встречала другого человека с проклятием.
– А ТВОЕ КАКОВО?
– Если я поцелую своего любимого, он умрет.
Джесс кивнул, словно хотел сказать: «Да, неплохо».
– Так. Но почему вы просто не можете уехать отсюда? Продайте ферму, и пусть кто-нибудь другой разбирается с обоями и прочим.
Он пожал плечами – очень могуче.
– ТУТ МОЙ ДОМ.
– Да, но его нетрудно перенести на другой конец Генриетты, – упорствовала Блу. – Вы всегда можете проехать мимо и сказать: «О-о, привет, старый дом с кровоточащими стенами, до встречи!» Все, проблема решена.
Джесс взял ее миску и поставил в раковину. Он не обиделся, но явно не согласился с Блу, а потому не собирался это дальше обсуждать.
– И когда… – начала Блу, но тут же ее прервал громкий стук.
Он как будто исходил отовсюду. Проклятие? Ной? Блу вопросительно указала на зеркальце.
Джесс покачал головой и ответил:
– ДВЕРЬ.
Он вытер руки о посудное полотенце, которое, в свою очередь, не мешало бы обо что-то вытереть, и направился к двери. Блу услышала, как щелкнул замок. До нее донеслись приглушенные голоса.
На пороге кухни показались двое, а за ними Джесс. Как ни странно, это были Ганси и Калла. Блу лишь с некоторым усилием могла представить, как они куда-то едут вместе, и еще с большим – осознать, что они действительно стоят здесь, на кухне у Джесса Диттли.
Они не сводили глаз с Блу.
Джесс размашистым жестом указал на нее.
– ВИДИТЕ?
Перескочив через порог, Калла протянула руку ладонью вверх. Она буквально источала яд.
– Ключи. Сейчас же. Не сядешь за руль, пока тебе не стукнет восемьдесят. Немедленно. Давай сюда ключи.
Блу уставилась на нее.
– Что? Что?!
– Думаешь, можно просто исчезнуть и не звонить?
– Ты сама сказала, что машина сегодня никому не нужна!
– И ты решила, что, значит, можно не звонить?
Блу уже собиралась ответить, что она взрослый ответственный человек и что совершенно незачем было беспокоиться о ее местонахождении, но тут она увидела за спиной Каллы лицо Ганси. Глядя в никуда, он слегка касался пальцами виска и скулы. Несколько месяцев назад Блу не сумела бы расшифровать это, но теперь она достаточно хорошо знала Ганси и понимала, что он испытывает облегчение. В его душе ослабла тугая спираль тревоги. Ганси выглядел скверно. Блу напугала их обоих. Всерьез.
