Мма Рамотсве не могла не улыбнуться. Казалось странным, что человек говорит о чем-то подходящем для кого-то… и тут же – что человек, употреблявший это, умер. Конечно, здесь не было никакой связи, но фраза показалась странной. Мма Рамотсве представила себе рекламу:
Бойтело сделала глоток и поставила чашку перед собой на стол.
– Получив диплом, мма, – продолжила рассказ Бойтело, – я пошла работать в больницу принцессы Марины. Я стала операционной сестрой. Думаю, я подходила для этой работы. Но некоторое время спустя я стала уставать от работы, ведь я все время стояла за спиной доктора и передавала ему инструменты. Еще мне не нравился яркий свет, от которого, как мне казалось, начинала болеть голова. И я не думаю, что он полезен для глаз, этот яркий свет. Когда я выходила из операционной и закрывала глаза, то продолжала видеть яркие круги, как будто свет был еще включен. Поэтому я решила найти какое-то другое занятие. Увидев объявление о том, что требуется медсестра в клинику общей практики, я заинтересовалась. Приемная врача была недалеко от места, где я жила, и можно было ходить туда пешком в нежаркую погоду. И я отправилась на собеседование.
Собеседование состоялось в понедельник после обеда – в это время доктор закончил прием пациентов. Я должна была быть на работе в тот день, но поменялась дежурствами, поэтому смогла пойти. Я пришла к доктору… – Бойтело чуть не назвала фамилию, но удержалась.
– Вам необязательно называть мне его фамилию, – сказала мма Рамотсве, помня, что Бойтело призналась ей, что очень боится.
Бойтело явно стало легче.
– Доктор был на месте. Он был очень приветлив и сказал, что очень хорошо, что я была операционной сестрой, потому что он думает, что такие люди привыкли работать. Этот доктор решил, что я подходящий человек для его клиники. Затем он начал рассказывать, в чем будет заключаться моя работа. Он спросил меня, имею ли я представление о конфиденциальности и о том, что не следует рассказывать обо всем, что я могу увидеть или услышать, работая в клинике. Я ответила, что умею держать язык за зубами.
Тогда он сказал мне: «Одного моего друга только что прооперировали в больнице принцессы Марины. Вы не расскажете, как у него идут дела?»
Он назвал имя своего друга, это очень известный человек, он прекрасный футболист и очень хорош собой. Я ассистировала на этой операции и была готова сказать, что, по моему мнению, с этим человеком все в полном порядке. Но тут я сообразила, что это ловушка и что ничего я не должна говорить. Поэтому ответила: «Я не могу рассказывать о таких вещах. Извините».
Доктор пристально посмотрел на меня, и сначала мне показалось, что он очень рассердился и сейчас начнет кричать на меня за то, что я не ответила на его вопрос. Но затем он улыбнулся: «Вы отлично соблюдаете конфиденциальность, в отличие от многих. Я думаю, вы будете очень хорошей медсестрой в моей клинике». – Бойтело вновь сделала глоток чая. – Мне пришлось отработать еще месяц в больнице принцессы Марины после заявления об уходе, но это было несложно. Затем я начала работать на новом месте и нашла, что это очень интересная работа. Мне не нужно было все время стоять наготове с инструментами, как в операционной, и мне разрешалось делать то, что не всегда позволяется медсестрам. Доктор доверял мне выполнять несложные процедуры – например, удалить вросший ноготь на пальце или прижечь бородавку. Мне нравилось удалять бородавки, потому что сухой лед приятно покалывал пальцы. Я была очень довольна работой и считала себя самой счастливой медсестрой на свете. Но потом случилась одна вещь, поразившая меня. Я была озадачена и решила все проверить. И тогда я узнала то, что меня очень обеспокоило. Я так встревожилась, что решила поговорить с вами, мма Рамотсве, потому что люди говорят, что вы хорошая женщина и бываете добры к тем, кто приходит к вам со своими тревогами. Вот почему я здесь.
Мма Рамотсве настолько была поглощена рассказом, что позволила своему ройбушу остыть больше обыкновенного. Она предпочитала пить ройбуш горячим, над которым поднимается пар, а этот уже сделался чуть теплым. История Бойтело была самой обычной. Так часто и случается. Все начинается прекрасно, а потом, потом… да, потом твои пути пересекаются с путями человека, который изменяет все. Так случилось с ней и ее бывшим мужем, Ноте Мокоти, джазовым музыкантом и любителем женщин, человеком, который на очень короткий период преобразил ее мир, полный счастья и оптимизма, в мир страдания и страха. Такие люди, вроде Ноте, идут по жизни, распространяя вокруг беды и страдания: подобно гербицидам, уничтожающим цветы, они своей злостью и пренебрежением к людям губят всех вокруг.
