Цветок, раздавленный проехавшим по нему колесом, превратился в безжизненное месиво. И уже через несколько минут оказался втоптан в грязь прошедшими по дороге пешеходами.
«С людьми точно также», — горько усмехнувшись, подумал Уил. «Судьба не знает жалости».
Но иногда и у судьбы просыпалось чувство юмора…
Уил свернул в переулок и замер, словно вкопанный. Ему стало трудно дышать, и рефлекторно сжались, задрожав от напряжения, кулаки.
Рядом со сломанной бричкой со скучающим видом, осматривая жалкий пейзаж вокруг себя, стоял лорд де Янов младший. За прошедший месяц нахальное лицо молодого красавчика стало только еще высокомернее и наглее. Лорд изредка тяжко вздыхал и, как будто нехотя, отряхивал оседающую на него аквоморовую пыль, не желая, чтобы что-то подпортило его великолепный прикид.
Тем временем кучер, пыхтя от напряжения, пытался приладить отлетевшее у брички колесо.
Мимо прошла молодая девушка-простолюдинка. Она, повернув голову, с интересом рассматривала статного блондина в дорогом бархатном фраке. Засмотревшись в его полные кроткой нежности и печали бездонные зеленые глаза, девушка не заметила неровный выступ на дороге и, споткнувшись, полетела кубарем прямо в объятия лорда.
Де Янов младший отпрянул назад.
Девушка шлепнулась на камни мостовой, разбив в кровь руки. Поднявшись, она, стыдливо опустив голову, поплелась прочь.
— Вот и ты, больной! — трясясь от ярости, прорычал Уил, подскакивая к лорду.
От неожиданности лорд вздрогнул, а затем, взглянув в безумное лицо бродяги, вытряхнул содержимое кармана брюк. Несколько мелких монеток, звякнув, разлетелись по тротуару.
— Вот, возьми и убирайся отсюда, — с тенью испуга в голосе прокричал де Янов младший, не желая вступать в конфликт с безумцем.
Уил истерически расхохотался.
— Какая неожиданная встреча! — сквозь приступы безудержного смеха прокричал он.
— Вам должно быть не хорошо, — отступая к своей бричке, промямлил лорд.
— Чтобы ты сдох! Чтобы. — бессвязный поток брани вырвался у Уила изо рта, а на глазах выступили слезы.
Он хотел, что есть сил врезать по этой самодовольной физиономии, но, ослабленный за дни бессонных ночей, размахнувшись, вместо удара шлепнулся, растянувшись на земле.
— Господин, все готово, — обращаясь к лорду, произнес кучер.
Лорд, бросив брезгливый взгляд на бьющегося в конвульсиях бродягу, сел в свою бричку.
На вечерних улицах было тихо, лишь изредка слышался скрип закрывающихся на ночь ставень домов.
Уил, словно в тумане, двигался вперед. Сейчас у него была всего лишь одна мысль, одно желание. Он знал, его жизнь закончилась, но сегодня она закончится не только у него.
Спрятанный в рукаве плаща кухонный нож легонько колол кожу, оставляя на ней кровавую полоску. Но он не чувствовал боли. По правде сказать, сейчас он не чувствовал ничего.
Дом лордов де Яновых располагался в центре Лиции в окружении других особняков, освещенных светом висящих у дороги фонарей.
За резным забором, во дворе своего дома, согнувшись в три погибели, стоял одетый в разодранный и перепачканный белый фрак лорд де Янов младший. Как показалось Уилу, лорд блевал.
«Видать, перебрал лишнего, леча Синюю чахотку» — пронеслась в его голове вялая мысль, а на лице промелькнула кривая усмешка.
Уил перебрался через забор. Вытащенный из рукава нож тихонько задрожал в его руках.
Уил кинулся, схватив лорда за грудки, собираясь нанести удар.
Послышался крик.
— Пожалуйста, не надо, пожалуйста, отпустите. Я ни в чем не виноват. Пожалуйста, — испуганно заверещал одетый в старый лордов костюм садовник. А на его морщинистом лице застыла гримаса ужаса.
Это был не лорд де Янов младший, перед ним был совершенно незнакомый ему человек.
Уил, выпустив садовника, обессиленно плюхнулся на землю. А прибежавшие на крики люди выбили из его рук нож.
Он, подняв глаза, еще раз взглянул на бледное вистфальское небо, и его снова накрыл приступ истерического смеха.
В зале заседания было пусто, лишь несколько служащих со скучающим видом монотонно бродили из угла в угол. Его было некому поддержать. Он был один.
— Снова вы! — всплеснув руками, воскликнул «лучший адвокат Лиции», глядя на закованного в кандалы Уила.
Судья, пролистав бумаги, поднял взгляд на зал:
— Значит, вы молодой человек, не пытаетесь оспаривать, что своим нападением на лорда де Янова младшего ставили целью лишить его жизни и совершенно не раскаиваетесь в этом?
Уил поднял в ответ впалые глаза:
— Безусловно.
— И вам был известен тот факт, что лорд де Янов младший тяжело болен Синейчахоткой, и вас это не остановило?
— И даже не просто болен, а находится при смерти, — вклинился в разговор адвокат.
На лице Уила промелькнула вялая усмешка:
— Ничуть.
— И вы утверждаете, что встретившись заново с моим подзащитным, вы бы вновь повторили задуманное?
— Безусловно.
Адвокат привстав, заговорил заготовленную речь:
— Ваша честь, если этот молодой человек без всякого зазрения совести решился убить находящегося на смертном одре человека, то чего еще можно ожидать от подобного мерзавца?
— Действительно, чего угодно, — усмехнулся Уил.